– Пиппа глядит на лед, где «Замбони»[27] выравнивает сверкающую поверхность. Затем переключается с моего неверного бывшего на подругу, с которой он изменил. – Коринн говорит, что вы опять переписываетесь.
Я киваю.
– Она прислала мне на днях смешной мем, и мы немного поболтали.
– Как бы то ни было, она все еще ужасно себя чувствует.
– Вот и хорошо, – бормочу я, но я уже не так сильно злюсь на свою подругу, как раньше. Даже злость на Нико притупилась.
– Я очень надеюсь, что однажды вы опять начнете дружить, и мы сможем тусить вместе, как раньше.
Например, после каникул мы втроем можем устроить девичник?
У меня вылетает вздох.
– Ну, можно попробовать.
– Стой… ты переписываешься и собираешься тусить с телкой, которая переспала с твоим парнем? – встревает Бренна. У нее широко открыт рот от удивления, что привлекает внимание к ее фирменным красным губам. Это единственное цветное пятно на фоне полностью черных водолазки, леггинсов и кожаных ботинок.
Пиппа иронично качает головой.
– Серьезно, Деми, ты такая всепрощающая и понимающая, что мне хочется на хрен тебя ударить.
– Да ладно? Из-за этих двух моих прекрасных качеств ты хочешь меня ударить? К тому же! Ты буквально только что предложила мне устроить девичник. Ты сама подталкиваешь меня опять начать дружить с Коринн.
– Да, но ты, согласившись с этим, подаешь дурной пример всем нам, тем, кто еще держит на нее зуб.
Бренна усмехается.
– Я держу самый большой зуб, это уж точно.
Я закатываю глаза.
– Я хочу быть психологом.
Значит, я должна практиковать то, за что выступаю, правильно?
Начинается второй период, и рефери подъезжает к центру и бросает шайбу.
– Как его не калечат? – не выдерживает Пиппа.
– Кого, рефери? – спрашивает Бренна.
– Да! Посмотрите на этого коротышку! Он так близко к ним стоит. В любую секунду кто-то из этих громадных монстров может в него врезаться и сломать каждую кость в его теле.
– Я знаю, что это кажется опасным, но рефери знают, как держаться в стороне, – заверяет ее Бренна.
По арене прокатывается крик, и я усиленно щурюсь, пытаясь понять, что происходит. Номер 12 летит мимо синей линии в центр льда.
– У-у-у, это Хантер! И он один.
Бренна вставляет хоккейную фразочку:
– У него выход один на один[28].
О боже, он несется к воротам, щелкая клюшкой в преддверии удара. Сердце стучит у меня в горле, и внезапно я вскакиваю на ноги.
– Охренеть, тебе нравится хоккей! – упрекает Пиппа, в шоке пялясь на меня.
– Нравится? Нет.
