Деревянные формы, что сделал для нас Гарри, уже пропитались нашей краской и стали коричневыми. Хотелось еще более темного цвета, и я вспоминала – что же может дать его. Мне очень не хватало колеров и клея ПВА, который пока заменял клейстер.
– Шишки! – вдруг вспомнила я и выкрикнула, одновременно соскочив со стула.
– Полка, что такое? – Филипп подскочил вместе со мной.
– Мне нужны еловые шишки, Филипп! Или сосновые. Без разницы! Здесь есть шишки?
– Сегодня у нас их нет, но завтра мы можем доехать до леса, что в дальнюю сторону от дороги.
Там есть и ели, и сосны. Зачем тебе шишки?
– Я буду их варить!
– Варить? Полка, мне кажется, нам пора спать, - я только теперь увидела, как он устал, и его лицо кажется старше лет на пять.
– Да, хорошо, я сейчас все уберу. А завтра мы поедем за шишками, хорошо?
– Хорошо. Обещаю тебе! – усмехнулся он и прошел в комнату.
Морилку из шишек я делала пару раз, но только как мастер-класс в своем блоге. Пользовалась ею только для окрашивания бумажных трубочек, из которых плела корзины и короба.
Кроме красивого цвета шишки несли еще один важный плюс, который в этих условиях был немаловажен – они помогали лучше склеить изделие, сделать его после высыхания более крепким и водонепроницаемым. Смола в этот раз была мне очень на руку.
Газет у нас предостаточно, а значит, можно начать делать коробки и из трубочек. Они смотрятся намного интереснее, хоть и возни с ними больше.
Когда я опустила голову на подушку, Филипп уже спал.
Я рассматривала его лицо в свете луны, и не могла представить, что Полианна любила его и целовала, и родила с ним дочь. Сон сморил за несколько минут, и проснулась я от обычного утреннего шума в доме. Филиппа уже не было в постели, как всегда. Я снова оказалась самым слабым звеном в семье.
– Я должен уехать вечером, Полка. Вернусь через пару дней. За шишками сегодня тебя свозит Гарри, - он вошел в комнату с полотенцем. Его волосы все еще были мокрыми после умывания.
– Ты не говорил вчера, что собираешься ехать, - ответила я и свела брови, вспоминая, что я могла пропустить, или забыть.
– Нет, вчера я не планировал. Понадобилось сегодня, - он явно был чем-то обеспокоен, но старался не подавать вида.
– Хорошо, если не хочешь говорить, не говори. Только знай, это не укрепит наши отношения и мое доверие, Филипп, - ответила и, встав с постели, направилась в ванную. Мэри уже кашеварила в кухне.
