— А ну дай пирожок, — глава семейства уселся поудобнее в кресло и внимательно смотрел в экран.
— Мирные жители не пострадают. Сейчас идет захват порта и восточного района, и он объявляется нашим плацдармом. Военная база будет захвачена в ближайшее время, и наши войска разместятся там, — продолжил вещать бородатый мужик. — В восточном районе будет размещен госпиталь, где любой житель Эквадора сможет получить полный спектр медицинских услуг, от медикаментозного лечения до приема у высокоуровневых лекарей.
Всё это совершенно бесплатно. Также в восточном районе будут размещены пункты выдачи продовольствия, воды, одежды. А тем, кто лишится крова по причине военных действий, мы обязуемся восстановить жилье или выплатить компенсацию. Также с сегодняшнего дня открывается линия для приема звонков и заявлений. Если хотите сообщить какую-то информацию по поводу картелей, взамен вы получите щедрое вознаграждение, если информация будет стоящей. Говорить можете на любом языке, мы всё равно поймем.
Даже на иномирном, — мужчина улыбнулся. — И чтобы вы не считали, что это пустой треп…
В этот момент изображение переключилось, и на экране показались кадры, снятые с высоты птичьего полета. А там полуразрушенный дворец. Следом камера переместилась и показала эскадру боевых кораблей.
— Как видите, наши намерения вполне серьезны, — ухмыльнулся бородатый мужик. — Но если и этого мало…
Изображение снова переключилось и зрителям показали занимательную картинку.
Черный дракон, рассекающий своими могучими крыльями облака, спикировал вниз и обрушил свое зеленое пламя на Эквадорские военные корабли. Но будто бы этого было мало, со спины дракона вниз устремился черный луч смерти, рассекающий судна на ровные части.
Несколько кораблей пошли ко дну, а вокруг разбросало множество трупов. И вот, все эти трупы в какой-то момент начали оживать и плыть к уцелевшим кораблям, забираться по бортам и вгрызаться в еще живых моряков.
— Вот наша решимость, — заключил мужчина с экрана. — Не сомневайтесь, картели и представители прогнившей власти будут уничтожены полностью. Я всё сказал! — на этом изображение резко оборвалось, и по телевизору стали крутить какой-то рекламный ролик.
— Пап, — проговорил пацан четырех лет. — А почему он так много раз повторил про уничтожение?
— Не знаю, сын… — мужчина смахнул слезу. — Не знаю, зачем он это повторял.