Посмотрел на свои корабли, затем на флот Черепанова. После чего взглянул на то, что осталось от врагов. — М-да… Мы устроили здесь настоящее кладбище.
— Вообще-то, кладбище — это совсем неплохо. А очень даже хорошо, — Белмор появился из ниоткуда, и сразу вставил свою умную мысль в разговор.
— Ой, Белмор, отвали! — махнул на него рукой.
— Ну, а чего все на кладбища ругаются? — недовольно пробубнил он и пошел куда-то от нас подальше. — Всё им не нравится. Сами не понимают, чего говорят.
Всё было в саже… Палуба покрыта сантиметровым слоем черной пыли, одежда пропиталась ею насквозь.
Каждый матрос на кораблях сейчас выглядит так, словно его окунули в мазут. В воздухе тоже висит черный смог, через который едва пробиваются вспышки и блики от множества пожаров, как на море, так и на берегу. Море полыхает, город весь в огне… Кстати, о городе.
Это был сравнительно небольшой городок, но со всех сторон обнесенный множеством укреплений и крепостными стенами. Такой довольно крупный неприступный бастион.
И как доложила разведка, все мирные жители покинули его еще в самом начале обстрела. Впрочем, их там изначально было совсем немного. Ведь в этом городе, в основном, жили представители картеля, и держали тут свои заведения, заводы и прочие производства. Город картелей…
Дожились, бандиты уже имеют свои города. И как это могло произойти? Неужели на всю страну не нашлось никого, кто мог бы поставить их на место?"
"Впрочем, ладно. Разве что с графиней Фьорель вышло немного неудобно. Всё-таки изначально у нас было на пять кораблей больше.
Нет, все корабли по-прежнему на плаву, только часть из них в условно невредимом состоянии. Я просто стараюсь называть это как можно мягче, ведь мне перед ней еще отчитываться за эти груды плавучего металлолома. А если называть вещи своими именами, то эти пять дырявых корыт восстановлению не подлежат. Их нужно утопить, и идти покупать новые взамен утраченным. Зато никто из членов экипажа не пострадал. Точнее, они страдали, и очень сильно, но все выжили.
Теперь у них не осталось никаких ран, кроме душевных. Но душевные раны французы получили заранее, когда им только сказали, под чье командование их передает госпожа.
В любом случае, потерянные корабли я как-то компенсирую. Таков был уговор, и нарушать я его не собираюсь. Можно попросить Виллсона ускориться в изучении артефактов и создать что-то новенькое, отчего графиня точно не откажется. Или же запустить, наконец, свое производство боевых кораблей.