Утренний свет уже вовсю сражался с занавеской за право оккупировать комнату, а Даша спала как ни в чем не бывало. Одеяло лежало на полу, ей и без него было жарко. Абсолютно нагая, она манила его своей красотой.
Девушка лежала к нему спиной. Изящный изгиб шеи, круглые бусины позвонков, плавная линия бедер… Хоть картину рисуй, ей богу. Когда-то Игнат этим баловался, может быть, в будущем вспомнит былое увлечение.
Даша легко пошевелилась, выпятив в его сторону попку. Круглые половинки словно взмолились, чтобы Игнат приложился к ним ладонью.
Его два раза просить не надо, прислушался бы к зову мгновенно, если б не внутренний голос, который продолжал верещать сереной: «Ты что вообще делаешь, разоблачитель фигов!»
Ему следовало сразу и прямо высказать девчонке, что она поймана с поличным, что ее карта бита, план раскрыт, лапша с ушей снята и так далее… А он вместо этого что сделал? В постель с ней лег!"
"«И после чего?! После одного единственного поцелуя… Только губами ко мне прикоснулась, и поплыл будто школьник! Как же мало мне надо для счастья…»
Наконец-то мисс «Неприкосновенность» изволила сама его возжелать.
Это было настолько неожиданно и приятно, что Игнат не нашел в себе сил противостоять. Если быть до конца честным — не очень-то и хотел. Отказываться от секса с Дашей вообще не его кредо.
Но ведь нельзя забывать, что она с кем-то здесь была и нагло ему врала. Этот неоспоримый факт до сих пор кипятил кровь, и, скорее всего, будет продолжать кипятить еще многие годы, если не десятилетия.
Возможно, если бы девчонка призналась, ему было б хоть чуточку легче. Он просил ее об этом, да что там, практически умолял.
Эх, вот если бы Дашка вчера призналась, что встретила кого-то еще, повинилась, поклялась, что больше ни-ни. Тогда у них мог бы быть шанс, и то не факт.
«А так ли мне нужны ее покаяния?»
Думать о том, что Даша в самом деле могла ему изменить, было слишком больно.
Гораздо проще представить, что ничего такого никогда не случалось. Ну привиделось Игнату, что жены не было в номере. Обман зрения, восприятия, и вообще ему просто голову напекло.
Она ведь показала ему, что хочет быть с ним. Пусть не словами, а телом, но показала. А ведь это и есть самое важное. Теперь, когда лежал с ней в одной постели после ночи страстной любви, история с ее возможной изменой казалась чьей-то нелепой шуткой.