– Ты действительно мне не веришь? – спросила Хэдли. – Никому из нас?
– Дело не в том, что я вам не верю, – мягко ответил он. – Я уверен… Я уверен, вы считаете, творятся странные вещи, и, может, так оно и есть, – я просто говорю, что ящик для жертвоприношений тут ни при чём.
– Почему?
– Потому что этого просто не может быть. Это нелогично. Вещи не могут произойти без причины.
Вжик!
Глаза Лэмб сузились. Она распустила свой конский хвост и встряхнула волосы, прежде чем снова их собрать.
– Я назвала тебе причину.
Ты – или ещё кто – нарушил правила. Помнишь слова, Сеп? Те самые, которые дал нам ты?"
"Сеп постарался сохранить невозмутимое выражение лица, но сам поразился, как легко заклинание всплыло в памяти.
– Никогда не приходить к ящику в одиночку, – начала Лэмб, и остальные закивали, беззвучно повторяя за ней слова. – Никогда не открывать его после захода солнца. Не забирать жертву назад. Ты же явно помнишь.
– И что?
– Так, думай что хочешь, – не выдержала Лэмб, нахмурившись, когда над столом раздался очередной «вжик».
– Я лишь говорю – мы говорим, – что происходит. И сегодня настанет твой черёд.
– Неправда, – покачал головой Сеп, оглядываясь через плечо. Марио делал вид, что не слушает, и натирал и без того сияющий стальной кувшин. Сепу стало не по себе от смущения.
– Вы пришли, только когда вам что-то от меня стало надо. Так идите к своим настоящим друзьям.
– Ой, ну брось, Сепстер, – протянул Аркл со свисающей изо рта нитью. – Чего б не вспомнить старые добрые времена и не собраться вновь.
– Никто такого не предлагал, – отрезала Лэмб. – Мы гуляли вместе только одно лето. Мне больше друзья не нужны. Я просто хочу выяснить, что произошло с моими чёртовыми зеркалами.
– Я хочу, чтобы кошмары прекратились, – прошептала Хэдли, глядя на остывшую пиццу.
– Что ж, простите, ничем не могу помочь, – ответил Сеп.
– Да брось, – повторил Аркл. – Ну не должно же так быть.
Никто ему не ответил. Жужжание ламп заполнило тишину комнаты. Ребята смотрели, как по запотевшим банкам газировки стекают капельки воды.
Марио прочистил горло и попытался сделать вид, будто чем-то занят.
– Вам лучше уйти, – наконец произнёс Сеп, проталкивая слова через горло.
– Ладно, – отозвалась Лэмб. – Хочешь по-плохому – будет по-плохому. Если выяснится, что виноват ты, – тебе за зеркала и платить.
Хэдли смерила Сепа ещё одним долгим взглядом, затем спрыгнула со стула. Ребята потянулись на выход, а Сеп вернулся за прилавок.
Мак бочком пробрался к нему.
