Я сглотнула вязкий ком, который образовался от этой картины, прикрыла глаза, чтобы через миг их открыть и посмотреть уже на себя: тонкие руки, с длинными пальцами, кожа в грязи, но не застаревшей, а как-бы свежей, не как та грязь на теле детей, которую не смывали месяцами. Несмотря на это, видно, что это руки молодой женщины. Опустив глаза, осмотрела свой наряд: коричневое платье из грубого материала, закрывает щиколотки и открывает убогие деревянные башмаки. Лицо своё, по понятным причинам, я рассмотреть не смогла, зато толстая черноволосая коса, ниже середины спины, позволила мне понять, что я жгучая брюнетка: давно я не видела таких роскошных волос.
— Мама Яра, ты уже проснулась? Тебе нужно отдыхать, — рядом со мной открыл глаза малыш, которого я узнала по голосу, это он меня вчера тряс за плечо. Чумазое личико и маленькое худенькое тельце ребенка 7–8 лет вызвало во мне волну нежности и гнева, как, ну как можно содержать этого ангелочка в таких условиях. — Мама Яра, я думал, что ты умерла, я так долго вчера тебя звал, а ты всё не просыпалась, — шмыгнул носом малыш.
— Ну что ты, не плачь! — прошептала я, голос был глухим и ломким, но я старалась не думать о боли. — Всё хорошо, я ведь проснулась. — Недолго думая, я решительно заговорила, — малыш, меня, видать, били по голове?
— Да, — ответил на мой вопрос ребёнок, — они злые все и плохие, только ты одна, самая добрая и из-за нас тебя чуть не убили, — снова заплакал малыш.
— Дорогой мой, а скажи, как всё произошло и почему? Я ничего не помню, даже как меня зовут.
Глаза ребёнка с каждым моим словом становились всё больше и больше:
— Да как же так, мама Яра, это мы во всем виноватыыы, — снова тихо заплакал мальчик.
— Ну тише-тише, ты лучше расскажи мне всё с самого начала: где мы, как меня зовут, вообще кто я и всё-всё, что считаешь важным, а я буду слушать и потом задам тебе вопросы, договорились?"
"— Хорошо, мама Яра, я постараюсь, — шмыгнул носом ребёнок, — Тебя зовут Ярроу, ты местная травница, все считают, что ты ведьма и никто тебя не любит, кроме нас, мы тебя не боимся, — улыбнулся малыш, по мере рассказа он совсем успокоился и уже увереннее продолжил, — это место — Коробка, сюда заключают всех беспризорных детей главного города и окрестных деревень.
Мы без родителей и родных, а также те, от кого родные отказались по разным причинам. — Речь ребёнка была правильной и это меня удивило, но всё объяснилось просто, — я сын военного, мой отец погиб, а матушка умерла давно от чёрной хвори.
