Перед входом раскинулся небольшой дворик с цветочными клумбами и тропинкой, посыпанной речными камнями."
"Люциан купил у смотрителя несколько палочек благовоний и протянул одну из них Эриасу. Тот отказался от предложения и сухо напомнил, что не верует в богов. Вопрос веры у заклинателей не являлся религиозным. Богов они ставили наравне с темными тварями, ведь и те и другие не были людьми и рождались из магии. Люциан, в отличие от своего соклановца, не был столь категоричен в этом. Кем бы они ни были, боги заслуживали признательности за помощь, которую оказывали смертным.
Оставив палочки у алтаря, Люциан шагнул к метле, которая одиноко стояла в углу. В храме было пыльно, и владыка Луны хотел немного подмести, но Эриас остановил его. Страж напомнил, что здесь есть смотритель.
– Но ведь помощь не бывает лишней. – Люциан посмотрел на свое запястье, закованное в кольцо чужих пальцев.
– Люц, прекрати раздражать своим неуемным желанием всем помочь. Оставь метлу, ты сегодня и так достаточно сделал. К примеру, раздаривал серебро направо и налево.
– И это помешает мне сделать еще одно доброе дело? Я ведь не прошу тебя убираться. Просто подожди, пока я подметаю.
Эриас шагнул ближе, крепче сжимая его запястье.
– Люциан, – процедил он сквозь зубы, – мы уходим.
– Но…
Эриас положил свободную руку на затылок Люциана и надавил. Они соприкоснулись лбами.
– У храма есть смотритель. Ты не прислуга, а владыка. Пошли. – Страж начал закипать.
Желание Люциана из кожи вон вылезти, чтобы сделать добро, беспокоило Эриаса на протяжении большей части их долгой дружбы.
Ему было не сложно подождать, но все это казалось излишним, учитывая, скольким людям владыка Луны сегодня помог, переплачивая за товары и услуги. Временами Эриас запрещал другу творить добрые поступки, просто чтобы держать его в узде, иначе тот растратил бы весь свой свет на других и обратился в пепел.
Люциан знал, что Эриас – его якорь. Он позволил увести себя из храма, не дав прикоснуться к злосчастной метле.
В таверне было шумно и людно.
Запах хмеля просачивался сквозь клубы терпкого табачного дыма, тут и там раздавались возгласы, смешки и удары кружками о деревянный стол. Народу набилось так много, что если бы Люциану не заняли место, то он бы не стал тут задерживаться.
Как только владыка Луны и его страж вошли в двери, Сетх окликнул их, подзывая к столу у дальней стены. Он выглядел развеселым и будто не замечал окружающего гула, что только вынудило остальных перенять его спокойствие.
