В воздухе мерцали пылинки, просторная светлая спальня хранила тишину. Он лежал на спине и какое-то время смотрел в потолок, а после спустил одеяло до пояса и вздохнул.
«Что за безответственность? – Он вспомнил сон. – Не забавы ради придумали запрет на любовные отношения между светлыми и темными магами. Их парное совершенствование может вызвать искажение ци[1], а когда родятся дети, одним богам известно, какие чудовища из них вырастут, если выживут».
Люциан потянулся на широкой кровати, где ранее утопил себя в мягких подушках, и сел, потирая заспанные глаза.
«Как же утомили эти сны… Почему я не могу спать, ничего не выдумывая? Как мог темный принц согласиться нарушить запрет, а Элеонора его в этом поддержать? Эта девчонка совершенно не понимала, какими трудностями обернутся их отношения. – Он раздраженно заправил длинные волосы за уши. – Даже я, будучи их ровесником, могу это представить».
Он поднялся с кровати и отправился в смежную комнатку, чтобы добраться до умывальника."
"«Не то чтобы я был против любви, – какой бы она ни была, это сильное чувство, – но, учитывая разницу в духовных силах, а также их статусы, проще отказаться от отношений, чем подписаться на долгосрочные страдания».
Люциан зачерпнул в ладони холодной воды и ополоснул лицо.
Последний год он видел сны почти каждый день. Если не приходили они, то не было ничего. Он не наблюдал за жизнью Элеоноры постоянно, его затягивало в этот омут лишь в моменты, когда она была рядом с Каем, – словно кто-то или что-то хотел показать ему их историю.
Когда сны только появились, Люциан относился к ним несерьезно. Однако после того как они приняли затяжной характер, юноша начал собирать сведения о людях, которых видел. За годы изучения литературы он узнал, что некоторые личности из его снов реально существовали две сотни лет назад, но кого-то в исторических хрониках не обнаружилось. К примеру, Кай в самом деле был наследником престола исчезнувшего клана Ночи, а вот про Элеонору найти упоминаний не удалось не только в книгах, но и в некрополе[2] клана Луны.
Люциан не понимал, выдумал он ее или все воспоминания о ней были простоутеряны.
После нескольких лет поисков – не принимая во внимание проклятия и наговоры – Люций так и не выяснил, откуда взялись сновидения. До тринадцати лет он был обычным заклинателем, который мог по ночам видеть все: начиная от радужного неба и заканчивая чудовищами, – а теперь видел лишь чужую жизнь или пустоту.
