Заклинатели не ожидали такого наплыва, потому что Буй не была перевалочным пунктом, а путники обычно не задерживались в питейном доме надолго.
– Они рыбаки, – объяснила Виола, когда компания застряла в дверях, выискивая глазами свободный стол. – Я узнала дядю Рейта, он капитан торгового судна, поставляет рыбу в другие города. Видимо, вернулся с экипажем часом ранее, вот и решил выпить.
– Кажется, я нашел стол! – выкрикнул Абрам, кивнув головой в сторону.
Виола схватила Мориона за руку и первой устремилась к освободившимся местам.
Тело Эриаса рухнуло на лавку и потянуло за собой бессмертного. Морион был послушным, не сопротивлялся и даже снизошел до легкого флирта, в котором таилось неприкрытое подтрунивание над запертым внутри стражем. Виола не замечала, что ее используют. Ей казалось, Морион обожает ее, и она не видела ничего странного в поведении своего спутника.
Когда Абрам, Сетх и Люциан заняли лавку напротив, Виола в мужском обличье произнесла:
– Я хочу напиться. Но делать это одной скучно, так что вы будете пить со мной.
– Ты ведь знаешь, что заклинатели быстро трезвеют и поэтому пьют только крепкое? – ехидно поинтересовался Морион."
"– Теперь знаю! – воскликнула Виола с улыбкой. – Значит, нам нужно много-много алкоголя и закусок, чтобы никто не протрезвел раньше времени! – Она нетерпеливо огляделась. – Может, у них найдется рыбный пирог? Вставим в него свечку, чтобы я загадала желание!
Сетх и Абрам смотрели на Эриаса как на обезумевшего. Они словно оказались в дурном сне.
Оба заклинателя тяжело вздохнули.
– Пойдем сделаем заказ. – Они поднялись с лавки и направились к стойке разлива напитков.
– А у тебя есть возлюбленная? – «Эриас» тем временем уже ластился к Мориону.
Бессмертный поставил локоть на стол, подперев щеку ладонью, и повернулся в его сторону.
– Нет.
– О-о! Значит, сердце этого бессмертного пустует? – игриво поинтересовалась Виола, подвигав густыми мужскими бровями.
– У этого бессмертного нет сердца.
– Возможно, оно просто заледенело и ждет ту, которая его растопит? – Голос Эриаса звучал хуже, чем у прокуренной кокетки.
– Как можно растопить то, чего нет?
– Раз ты дышишь и жив, значит, у тебя есть сердце.
– Мне больше сотни лет, думаешь, жизнь во мне поддерживает какой-то орган?
Бессмысленный диалог затянулся. Виола пыталась убедить Мориона в том, что у него есть сердце, намекая на признание в симпатии, но тот делал вид, будто не слышит подтекст.
