Тот сильно сжал руль, так что кожа на нем треснула. Но Максим не отвернул взгляда от меня и глубоко дышал, как будто пытаясь успокоиться. Мне стало страшно, и я отодвинулась, как могла, подальше от него.— Максим, я тебе ясно сказала, чтобы остановил, я не поеду к твоей бабушке, мне не хочется довериться чужому человеку.— А мне хочешь довериться? — чуть успокоившись, спросил меня Змей Горыныч.— Хотелось бы, но не могу."
"Он провел рукой по лицу и тяжело вздохнуло. Отвернулся от меня и начал барабанить пальцами по рулю.
— Лика, я могу тебе поклясться своей жизнью, что твоя безопасность — это всё, что меня сейчас волнует, и за сотни лет моя бабушка никогда меня не подводила.— За сколько лет? — я открыла рот от удивления.— За много, Лика, за очень много. Если бы ты знала, сколько я ждал свою пару, наверняка попросила бы луну с неба, и я бы достал. — он так устало это сказал и опустил голову на спинку кресла.— А вот это уже лишнее. Я конечно во многие вещи могу поверить, но вот в такую любовь — пра пра дедушки и меня — нет.
Прости. В том, что дед тебя нанял, верю, в твою мнимую неземную любовь — нет.
Он так горестно засмеялся, откинув голову назад, что по моему телу пробежали мурашки. Мне не понравилось его состояние. И бежать сейчас тоже не имела смысла.— Ладно, слушай, давай сегодня переночуем у твоей бабушки, в разных комнатах надеюсь, а завтра я побегу в город, у меня дела появились.— Надеешься? — поднял одну бровь Максим, но я видела, как он оживился.
Через пару часов мы добрались до самого обычного квартального района в незнакомом мне городе.
Вот о другом городе Максим опять промолчал. Всю дорогу мы переписывались с Даней, и его состояние меня беспокоило. С трудом отмахнулась от его вопросов и пообещала в ближайшие дни заскочить к нему и рассказать всё. Конечно, зайду к нему, и конечно, ничего не расскажу. Нет у меня доверия ни к нему, ни к другим людям. Мужичка из багажника, Максим поднял на плечо прямо из гаража дома, где был лифт, и я с ними. Тот пребывал в блаженном неведении о его перемещении, да мужик когда очухается, точно офигеет, что его тушка путешествует без него.
Бабушка Максима была плотной женщиной, высокого роста и неопределенного возраста. Если верить словам Максима, то ей уже несколько сотен лет.
— Заходите, заходите быстрее. Я вас уже заждалась. Отменила все планы на сегодня, думала, будете раньше. — женщина махала нам рукой и приглашала в дом.
Я с подозрением посмотрела на Макса, он кивнул и чуть подтолкнул меня вперед.
