Смершевец, у которого все еще двоилось в глазах и подозрительно уходила земля из-под ног после его увлекательного полета, поднял с земли осколок фугаса. А ведь не должен был он так сработать. Конечно, уже вовсю использовались радиоуправляемые. Но для того нужно было находиться рядом. Либо рядом был преступник. Либо кому-то нужно внимательнее смотреть под ноги.
– Да ты не первый уже. В январе тут фейерверки были. Народ массово на легкой взрывчатке калечился. Идет так себе, идет гражданин по улице. Даже не военный.
Кто-то идет, в общем. А через секунду он летит. И непонятно, откуда сработало.
– С земли. Или дороги. Хотя… смотри, как интересно.
Семен перевернул осколок, потом присел, борясь с тошнотой – последствиями взрыва, и показал бойцу. Корпус фугаса, вернее, того, что от него осталось, был покрашен в цвет брусчатки.
– Ты своих предупреди, чтобы по брусчатке ходили с оглядкой.
На осмотр и разведку ушло полдня. Еще час он провел у Тамары. Она нашла еще несколько болезней со схожими симптомами.
Перебрав все возможные заболевания, чтобы исключить эпидемию с очагом в городе, чего очень боялась Тамара, понимая, что, учитывая удаленность нового региона, им эту болезнь не вылечить, она взялась за яды.
– Тут тебе я снова заложила, что переводить, но, если честно, не очень понимаю. Очень странно. Похоже и на холеру, и на какое-то грибковое поражение. Эти пятна мне уже ночами снятся. Но при этом я тут посоветовалась с коллегами в местной больнице, по секрету пошушукалась. Все так или иначе сталкивались с чем-то похожим.
Тамара села, неторопливо скрутила самокрутку и закурила. Табак Семен принес ей в прошлый раз. Отличный табак. Крепкий, взрослого мужика бы с ног свалил, какой крепкий, а Томе хоть бы хны. Курит.
– Так что странного в этих пятнах? – напомнил ей Семен.
– Они не разлагаются. Вернее, разлагаются, но позже остального тела. Под пятном есть уплотнения, в том числе и на руках. И вокруг губ у тех, у кого они уже старые. У тех тел то есть. И были. Тела у меня забрали.
Как невостребованные они были захоронены в общей могиле. А я бы сожгла, если это болезнь. Если я что-то упустила, мы тут не справимся с последствиями. Сепсис начинается, а потом затормаживается. На его месте вырастает рубцовая ткань, и она держит разложение. Я такое видела один раз. Но не могу вспомнить где. Вот прямо вертится в голове. Вообще что-то ты мне сегодня не нравишься. Ты с кем-то подрался? Или что случилось?"
"– Нарвался на фугас.
