Теперь же можно перевести дух: если сыну станет плохо, имеется Лялечка. Но если посмотреть на ситуацию с иной стороны!
Разве могут кровные, самые близкие родственники жить как муж и жена, а? Игоря и Лялю следовало ввести в курс дела, но Зоя никак не могла решиться на подобный шаг. Ей бы пришлось признаться во многих неблаговидных деяниях, рассказать о том, как малолетней девочкой она стала любовницей Ивана Николаевича, как обманула Андрея и всю жизнь говорила неправду Игорю о том, кто его родной отец.
Конечно, сейчас уже бояться нечего, Иван Николаевич и Ирина давно в могиле, их дочь Вика живет за границей, а может, тоже скончалась.
Но как отнесется Игорь к известию о лжи, окутывавшей всю его биографию? Вяземский считает свою маму святой женщиной, честно прожившей долгие, тяжелые годы. Зоя неоднократно твердила сыну:
– Конечно, нам нелегко, но я гордый человек и не стану обращаться за помощью к Андрею, он нас бросил.
Игорь пребывал в убеждении, что его отец мерзавец, и не желал общаться с ним, вычеркнул его из своей жизни.
Но, узнав правду, он начнет считать непорядочной особой Зою.
А Ляля? Как она отнесется к известию о том, что свекровь ее родная мать? Поверит, что Вяземская до встречи с Галей даже не подозревала о двойне? Или начнет сыпать упреками:
– Отдала меня невесть кому! Выбрала из двух дочек одну, а про вторую забыла начисто?
Чем дольше Зоя обдумывала ситуацию, тем страшней казалось ей будущее, светлый мир Вяземской развалился на глазах. Если Игорь и Ляля узнают истину, они мигом разведутся и уедут прочь куда глаза глядят.
Зоя останется рыдать в одиночестве, она лишится горячо любимого сына и не менее обожаемой, вернувшейся к ней дочери. Как поступить?
Оценив положение со всех сторон, Зоя приняла решение: о том, кем является на самом деле Ляля, знает лишь Галина. Но санитарка не в курсе того, что Вяземская родная мать девочки. Все непосредственные участники тех далеких событий мертвы, нет ни Ивана Николаевича, ни Ариадны. Живы, правда, Андрей и Люба, знавшие о любовнике Зои, но с бывшим мужем общение сведено к нулю, а подруга слыхом не слыхивала о близнецах, получившихся из пробирки.
Опасности разоблачения нет. Самое страшное, что может случиться, это повторный визит Галины, которая захочет еще денег. Но с ней Зоя сумеет справиться, в конце концов, можно будет сказать Ляле: «Да, дала побрякушки гадкой бабе, не хотела, чтобы она тебя тревожила».
Лялечка не рассердится на свекровь, наоборот, еще больше полюбит ее за заботу.
