– Я не стою у него на пути, – тихо ответила Зоя, – просто девицы попадаются противные, когда он найдет достойную, сразу ее полюблю, как родную.
Люба фыркнула, но продолжать разговор не стала. Ей было хорошо понятно, что, пока Вяземская жива, она не потерпит около сына никакую бабу, даже если та окажется самой английской королевой.
Но потом в семье появилась Ляля. Вот уж когда Люба удивилась до крайности. Зою словно подменили, она вскакивала утром пораньше и неслась на рынок, чтобы успеть купить парную телятинку.
– Лялечка очень любит мои котлеты! – восклицала Зоя. – Милая девочка, у нее было очень трудное детство, голодное.
Люба пребывала в состоянии крайнего недоумения, на ее взгляд, Ляля как раз выглядела совсем неподходящей кандидаткой на роль жены Игоря. Во-первых, девушка не москвичка, она из деревни, из малообеспеченной семьи, живет в общежитии, а Зоя всегда гордо заявляла:
– Никаких провинциалок! Они очень хитрые и корыстные, выскакивают за интеллигентных столичных мальчиков, прописываются в наших квартирах, а потом разводятся и делят жилплощадь.
Во-вторых, Ляля не отличалась особой красотой и острым умом. Единственное, чем она могла привлечь Зою, так это абсолютно раболепной любовью, которую девочка, не стесняясь, демонстрировала жениху и его матери. Если Зоя носилась Лялечке за мясом, то та мыла туфли будущей свекрови.
Один раз Соня, вернувшись домой, с горечью сказала:
– Игорь скоро женится.
– Да ну? – подскочила Люба. – На ком? На Ляльке?
– Разве есть иная кандидатура? – окрысилась дочь.
– Да уж, сумела влезть в семью. Ну хитра! Представляешь, сидим сейчас, пьем чай, вдруг Ляля подскакивает – и в прихожую.
– Ты куда? – удивилась Соня.
– К метро, – ответила Ляля.
– Зачем? – не успокаивалась Соня.
– Дождь внезапно пошел, а у мамы Зои зонтика с собой нет, – пояснила Ляля. – Не дай бог промокнет, заболеет. Я ее встречу.
Спустя некоторое время Ляля и Игорь сыграли свадьбу и зажили счастливо. Удачный брак омрачало лишь отсутствие детей. Но, похоже, ни муж, ни жена, ни бабушка не страдали без малышей.
Редко в каком доме можно было наблюдать столь идиллические отношения, просто пастораль на фоне московского пейзажа.
В день похорон Игоря Люба боялась отойти от Зои, Соня опекала Лялю. Мать парня, весь день державшаяся достойно, к ночи впала в истерику. Люба уложила подругу в кровать, сама примостилась рядом и попыталась хоть чуть-чуть утешить Вяземскую.
– Зоенька, засыпай!
– Господи, почему? – зарыдала подруга.
