Я не забуду ночь, дождь, джаз и обнаженного мужчину, танцующего под дождем на крыше своего автомобиля. Я пронесу эти воспоминания через всю жизнь, где бы я ни находилась.
Вернувшись домой, я попала в совершенно чистую квартиру, где не было ни трупов, ни крови, ни пистолета.
— Спасибо за то, что вы сохранили мне жизнь, — повторила я в пустоту и еще раз прочитала записку Макса.
Не выдержав, я включила мобильный и набрала его номер. Он очень долго не отвечал, а когда наконец ответил, я разволновалась:
— Макс, родной, это Анна.
Приезжай, я хочу тебе все рассказать…
— Не могу. Я в больнице у дочери.
— А что случилось с Машенькой?
— Поднялась температура. Градусник зашкаливает. У нее лихорадка. Ты можешь ко мне приехать? Мне еще никогда в жизни не было так тяжело.
— Да, конечно. В какой больнице ты находишься?
— Записывай адрес…
Домчавшись до больницы, я забежала в отделение и увидела Макса. Он был ужасно бледный и сильно перепуганный. Сев рядом, я сжала его руку и заглянула в глаза.
— Что с ней?
— Пока неизвестно.
— А почему ты один? Где жена?
— Жены больше нет, — еще более мрачно произнес Макс.
— Как это, нет?
— В ту ночь, когда я с дочерью ночевал у тебя, она переборщила с дозой спиртного, и ее сердце не выдержало.
— Что?
— Анна, у меня больше нет жены. Понимаешь, нет? Моя жена умерла от огромной дозы алкоголя. Учитывая, что она никогда не пила, ее сердце не выдержало. А дочка схватила сильную ангину. У нее температура под сорок, ее лихорадит. Ты мне сейчас нужна, Анна.
Ты даже не представляешь, как ты мне нужна.
Я со слезами на глазах посмотрела на Макса.
— Макс, а как мы будем жить со всем этим? Ужасно, что для того чтобы мы были вместе, совершилась трагедия. Как мы будем со всем этим жить? Я так не смогу! Макс, я так не смогу!
— Ты мне нужна, Анна. Ты мне нужна…
— Прости, Макс, но это невозможно!
Эпилог"
"Мы не виделись с Максом целых полгода. Не звонили друг другу, не встречались на улице. Я с головой ушла в работу и строила блестящую карьеру.
В свои не такие уж и большие годы я уже ступила на тропу одиночества. Я работала сверхурочно вдвое против положенного и до предела ограничила себя в любых, даже скромных развлечениях. Я очень редко смеялась, ни с кем не назначала свиданий и уже не строила никаких планов насчет своей личной жизни. Я принимала в штыки любые ухаживания и резко отвергала предложения поужинать. Иногда казалось, что у меня появились первые признаки старения.