Ты покинула меня в прошлый раз, но все предметы в доме хранили аромат твоих духов и запах наших любовных утех. Я познакомился с тобой и понял, что мой брак ничто, что все эти долгие годы я искал именно такую женщину, как ты. Семейный мир, который всегда казался мне счастливым и прочным, вдруг рухнул и превратился в груду обломков. Мы с тобой очень похожи. Я не понимаю, почему ты не хочешь признать, что между нами есть родство душ и прочная нить, которая связывает нас воедино. Мы одинаково воспринимаем жизнь, мы одинаково мыслим.
Да мы все делаем одинаково. Я увидел тебя в первый раз и в голове вспыхнул огонь, я сразу ощутил тепло. Понимаешь, не каждая женщина может принести мужчине тепло! Далеко не каждая.
— О, да тебя потянуло на лирику. Еще скажи, что у тебя со мною любовь.
— У меня с тобою любовь.
— Мне принимать это как объяснение в любви?
— Принимай это как хочешь.
— Первый раз вижу, чтобы объяснялись в любви с пистолетом. Если любишь, зачем пистолет? Неужели ты можешь убить любовь?
— Могу.
Любовь надо убивать самому, иначе наступит момент, когда она убьет тебя. Нужно наносить удар первым, иначе его нанесут тебе.
Я грустно улыбнулась и почувствовала, как на моих глазах появились слезы… Вот и еще одно объяснение в любви. Такое неожиданное и такое нелепое. Мне признался в любви крупный бизнесмен, денежный мешок, у которого деньги сыплются отовсюду, ну разве только что не из задницы… Но как он признался? С пистолетом в руках, пьяный в стельку… Конечно, когда человек почти неделю находится один в доме без света и уходит в тихое пьянство, наверное, он не только признается в любви, но и предложит руку и сердце.
Я почувствовала сумасшедшую, пугающую тоску, в которой причудливо смешались ностальгия по ветреным годам быстро уходящей молодости и любимые, которые быстро переставали быть таковыми и оставались где-то там, в прошлом.
И все же в моих руках был пистолет, а оружие всегда приносит уверенность и защищенность. Куча вопросов без ответов, увеличивающаяся, как снежный ком, очень сильно подорвала мою психику и окончательно сломила нервную систему.
Мне представился Макс, добропорядочный отец семейства, который, наверное, уложив дочку спать, пошел в опочивальню к любимой женушке и занялся с ней тихим, одним словом, домашним сексом в самой семейной позе — бутерброда. При этой мысли мое сердце заколотилось с бешеной скоростью, а на душе стало совсем погано.
Я сняла пистолет с предохранителя и прицелилась в Михаила.