Сейчас время такое, с мужиками напряженка. Пожила, дай пожить ближнему. Мужики нынче в цене. Кто успел, тот оторвал.
— Анька, может, тебе виски дать выпить? Ты словно с цепи сорвалась.
Я несколько раз отхлебнула из протянутой мне бутылки и встала из той кучи шмоток, в которой только что сидела. Я окинула взглядом пустые чемоданы и сумку и грозно пообещала:
— Это барахло я к тете Вале снесу.
— Куда это ты собралась нести мои чемоданы?
— К консьержке.
— С чего бы это?
— С того, что нечего им в моей квартире стоять.
Вдруг вздумаешь вернуться — так вот хрен тебе! В руках свои трусы понесешь! — От нервного напряжения я почувствовала легкое опьянение и закричала еще громче: — Макс, ты какого хрена по квартире бродишь? Быстро ложись на диван!
— Зачем?
— Газеты читать! Правда, у меня свежих нет, но я сейчас позвоню, чтобы принесли.
Я бросилась на кухню и стала пихать холодильник в гостиную.
— Ой, блин, шнур короткий. Переноска нужна. Зараза, тяжелый какой!
— Ты что делаешь-то?"
"— Я хочу его к дивану подвинуть, чтобы ты лишний раз не вставал, а открывал его лежа.
Еще тебе все удобства в туалете нужно создать. Я сейчас в магазин «Товары на дом» позвоню и скажу, чтобы они мне вагон туалетной бумаги доставили. Я им так и скажу: «У меня мужик в доме! Ежели мужик хорошо ест, значит, он и в туалет хорошо ходит!» Холодильник тяжеленный, двигаться не хочет. Если бы я знала, что у меня когда-нибудь собственный мужик будет, я бы холодильник на колесиках купила. А то ведь я мужиков только напрокат брала, а своего-то у меня не было.
Я даже, признаться, подзабыла, как с ними обращаться. Я думала, что мужик это — непозволительная роскошь, и она мне не по карману. У меня ведь и запасов никаких нет… Много ли мне одной надо? Ни крупы, ни муки, ни соли, ни туалетной бумаги… Мне знакомая иногда звонит, я ее спрашиваю, где муж? А она отвечает, что он, мол, в туалете заседает. Мы всегда подолгу разговариваем, а он все сидит. Даже создалось впечатление, что он вообще оттуда не выходит…
Я отошла от холодильника и, заревев, повисла у Макса на шее.
Макс поставил пустую бутылку на пол и стал гладить меня по волосам.
— Господи, какая же ты дуреха! И откуда только взялась на мою голову? Как же придется с тобой намучиться! Но я знаю, что никогда в жизни не променяю тебя, глупую, ни на какую другую. Никогда! Я же не виноват, что я так полюбил тебя!
Глава 13
Рано утром Макс поцеловал меня в нос и ласково сказал:
— Привет, соня-засоня.
— Привет, — зевнула я.