Она постучала в дверь между кухонным буфетом и холодильником, повернула торчащий в замочной скважине ключ и, катя перед собою уставленный закусками столик, вошла во вторую половину кухни – уже в редакционную.
Глава 2
– Многая лета, многая лета, мно-огая ле-ета! – встретил Анну нестройный хор.
– С днем рождения, Анна Александровна, – добавил Павлик.
Слух у него отсутствовал напрочь, поэтому он не участвовал в женском хоре. Точнее, в трио.
– С днем рождения, Анечка! – Валентина Андреевна на правах старшей и старейшей звонко чмокнула Анну и тут же погладила ее щеку пальцем, оттирая пятно ярко-алой помады.
– Ничего, что поздравляем?
– Почему – ничего? – удивилась Анна. – Спасибо, что поздравляете.
– Ну и умница, – кивнула Валентина. – А то сейчас неизвестно откуда мода взялась, что, мол, с сорокалетием нельзя поздравлять.
– Это мужчин нельзя, – уточнила Рита. – У них, считается, кризис среднего возраста. А нам все можно.
Арт-директор Рита работала в «Предметном мире» всего месяц и была моложе всех: ей неделю назад исполнилось двадцать два.
Весь этот месяц она поглядывала на своих коллег – и на хлопотливую, вечно одетую в вытянутые трикотажные кофты Валентину, и на нескладного Павлика, об одежде которого уж и вовсе говорить не приходилось, и на прокуренную, хриплоголосую Наташу – с легким недоумением. Видимо, не могла понять, как можно держать в современном, с высокими окладами журнале таких маргинальных, притом старомодно маргинальных личностей.
Анна понимала, что со временем ей, наверное, придется объяснить Рите, что здесь к чему и почему.
А может быть, и не придется: Рита выглядела девушкой сообразительной, и не исключено было, что она сама во всем разберется.
Наташа Иванцова чмокать Анну не стала, но приобняла ее за плечи и весело шепнула на ухо:
– Не переживай, Нюра, какие наши годы!
– Я не переживаю, – улыбнулась Анна. – Павлик, зайди ко мне на кухню и принеси все остальное из холодильника.
– Что именно принести? – уточнил педантичный Павлик."
"– Все, что там находится.
– Его наивная педантичность большинство женщин, может быть, и раздражала, недаром же в тридцать три года Павлик не был женат, но Анну только смешила иногда. А чаще она просто не обращала на это его качество внимания, потому что давно к нему привыкла. – Рита, пойди, пожалуйста, с ним и выбери вино. Бутылки на кухне, в подставке. Только не взбалтывай.
– Знаю, – снисходительно кивнула Рита.
– Ой, лучше я с Ритой схожу! – вскинулась Валентина Андреевна.
