— Вы мент?
— Бог миловал. Я задам несколько вопросов, это очень важно.
— Как же вы достали все. С чего вдруг я вам должна что-то рассказывать, я ничего не знаю. И вообще вы кто такой? И я сейчас не про имя.
— Я отец Таниной дочери, — молчит, осматривая меня с ног до головы, а потом начинает смеяться. — Что смешного?
— Простите. Я думала, что богатые люди не ходят в джинсовой рубашке. — Проходите тогда уж, чего уши греть будем соседям, — пропускает меня внутрь, приоткрывая дверь. — Ну что хотите знать? Присаживайтесь.
Сажусь в кресло напротив Ирины и даже не знаю с чего начать.
— Значит вы в курсе кто я?
— Кто именно вы-не знаю. Я вами не интересовалась, а вот агентство нашла ей я и привела ее туда тоже я.
— А вы насколько были с ней близки?
— Спали с ней в одной кровати.
— Не смешно.
— Что вам надо?
— Просто расскажите о ней.
— Откуда вы узнали про ребенка? Она с вами все же связалась? — игнорирует мою просьбу.
— Нет. Ира, расскажите, пожалуйста, просто о ней, ну вот что знаете.
Это сложно объяснить, но мне это нужно знать из уст того, кто ее знал, а не из чьего-то досье. Деньги ей для чего понадобились? Для матери, да?
— Ну а что говорить, Таня типичная хорошая девочка-отличница, начиная со школы, заканчивая универом. И все у нее было ладненько, учеба, работа санитаркой в больнице, а потом ее мать заболела. И все. Учеба брошена, поехала к матери. Ну и деньги понадобились, вот я и предложила ей этот вариант. Только кто ж знал, что вы ее вот этим наградите, — поглаживая свой живот произносит Ирина.
— А дальше? Что она делала дальше?
— А дальше у нее умерла мать, и я забрала ее к себе. Потом Михайловой предложили работать сиделкой. С проживанием и всем прочим. Ну и поехала она с намечающимся пузом работать в дом Вольского.
— Вольский?
— Ага. Знакомое имя?
— Пока не совсем.
— Она была сиделкой у его жены. Та померла перед новым годом, а дальше я просто получила звонок из роддома в каком-то Мухосранске. Приехала туда и на этом все, больше я ее не видела, к моему приезду из родильного дома Таня фактически сбежала.
— И больше она не связывалась с вами?
— Связывалась. Один раз, через неделю после родов. Сказала, что услышала в доме Вольского то, за что ее захотели отправить в мир иной, вот как раз тот помощник, в покушении на убийство которого ее обвиняют. В подробности она не вдавалась, ну мол, чтобы меня не подставить. В общем-то все, больше я ее не видела и не слышала.
