От опостылевших родственников, готовых перегрызть мне горло. При погрязших во лжи по уши. Виноватых, но обвиняющих. Убегал от своего прошлого и настоящего. Хотелось изо всех сил нажать на педаль газа, вдавить ее в пол и как можно быстрее оторваться на максимальное расстояние от ставшего чужим особняка.
Он сейчас представлялся вместилищем ядовитых, жалящих смертоносным жалом змей. Юсуповы казались мерзкими тварями, которые копошатся, сворачиваются в тугой клубок и беспрестанно яростно шипят, исторгают свой яд.
Радовало одно — что вовремя увез оттуда дочерей.
Только вырвавшись на свободу, понял, что не смогу вернуться обратно, и точно не допущу, чтобы Юсуповы прикоснулись к моим детям."
"Иногда в жизни бывают откровения, которые проливают свет на всё твое прошлое и настоящее. И озарения, которые дают понять, как сильно ты ошибался. Ведь, по сути, дети не имеют отношения к Диляре, я докажу это с помощью тысячи экспертиз. Но даже это не главное. Оставаться им в том доме опасно. Диляра безумна и не намерена лечиться, а ее родители потворствуют всем ее желаниям.
Не удивлюсь, если они с ней всегда были в сговоре и знали о том, что она натворила. Будь они прокляты.
Юсуповым придется смириться с тем, что я обманул их, не выполнил данных обещаний привезти девочек. Но и они меня обманули, не пошли навстречу. Мы квиты.
Заворачиваю на дорогу, ведущую к аэропорту. Отец как раз прислал данные о прилете матери. Заметив несколько пропущенных от Оксаны, просто не обращаю на них внимания. Не могу сейчас с ней разговаривать, мне нужно успокоиться перед встречей с мамой.
Не стоит ее нервировать, она всегда тонко чувствует мое состояние и настроение, а после разговора с Вересовой я вечно на взводе.
Если она захочет высказать мне какие-то претензии, то я не останусь в долгу. Мы поругаемся, и я буду взвинченным и нервным. Если скажет что-то приятное своим нежным голоском, то моя взвинченность будет несколько другого рода, смещенного в сторону ниже пояса. А это уж совсем не к месту, когда едешь забирать из аэропорта родную мать.
Сжимаю телефон в руке, чувствуя, что он жжет кожу. Пальцы зудят от нетерпения. На самом деле, мне безумно хочется услышать голос Вересовой. Аж выкручивает наизнанку. Во всей этой круговерти проблем, недомолвок, открывшихся тайн она одна является источником совершенно других эмоций.
Они иные. Она украла моего ребенка, но в то же время подарила мне в принципе возможность иметь детей. Она воспитала такую чудесную светлую малышку.
