— Ты ведь не планировал брать Лизу с нами на лайнер, так ведь? — озвучиваю свою догадку, пока у нас есть возможность говорить, и Гена теряется на секунду, а потом хрипло смеется.
— Какой ты умной и догадливой оказалась, девочка, ловко меня раскусила. Зачем мне лишние проблемы? Столько сил потратить на то, чтобы избавиться от девчонки, чтобы ее потом балластом за собой таскать?
Бесчеловечные злые слова не сразу до меня доходят, а когда я понимаю их смысл, медленно качаю головой.
— Ты чудовище, Гена. Любая падаль лучше тебя.
А я еще тебя жалела, винила себя за то, что неблагодарная… — плюю ему в лицо, не сдержав негодования, до того он мне противен, а потом наблюдаю, как один охранник волочит по лестнице упирающуюся тетку Валю.
— Девчонка права, — докладывает мужчина, подходя ближе. — Там одна богато разодетая девка в отключке, эту рядом обнаружил. Оставил с ней Витька.
Спустя мгновение в гостиницу вламываются два полицейских и без разбирательств грузят нас всех в автозак, выслушав жалобы администратора.
Я едва успеваю сообщить фамилию Диляры.
Пока едем в трясущемся салоне, Вересовы сверлят меня злыми взглядами, которые обещают скорую расправу. Но я не боюсь, я четко различаю страх на их таких похожих лицах.
— Дрянь, — припечатывает тетя Валя, шипя мне в ухо во время выгрузки из автозака, — я для тебя столько сделала.
Отвечаю игнором и с гордо поднятой головой направляюсь в отделение полиции. Дача показаний затягивается надолго. Допрашивают всех по отдельности. И если тетка отказывается говорить без адвоката, то Гену такой привилегии лишают.
Он, видимо, от испуга даже не задумался об этом, а работники полиции воспользовались его оплошностью.
Усталость и напряжение сваливают меня с ног, я несколько раз просила дать мне телефон, говорила, что у меня маленькие дети, но помочь мне не спешили, ссылаясь на то, что я сначала должна дать показания.
Беспокойство потихоньку прогрызает во мне дыру, от бессилия хочется буквально на стены лезть. Усмиряет лишь то, что мои малышки в безопасности.
Лиза с Арсланом, а Зарина — с родителями Диляры. Запрещаю себе даже мысль допустить о том, что они причинят ей вред. Сегодня Диляра пришла за флешкой и документами в гостиницу и заплатила деньги, чтобы скрыть правду о рождении детей. Значит, хотела оставить их себе.
Но я помешала ей, теперь обязательно всё получится, скоро всё наладится…
Кажется, я немного задремала, примостившись на жесткой скамье за решеткой, куда меня посадили как подозреваемую.
