Когда подъезжаю к дому, странное предчувствие наваливается удушающим облаком. И действительно, чутье, как обычно, не подводит. Диляра вернулась, и не одна, а с родителями. Замечаю машину ее отца, припаркованную возле гаража. Внутрь ее не загнал, значит, только привезли дочку и не останутся надолго.
Видеть Юсуповых нет никакого желания. Причина их приезда ясна как божий день. Нам всем предстоит непростой разговор.
С тяжелым сердцем захожу в холл, жена спешит ко мне, вероятно увидев в окно, как я приехал.
Холодно касаемся друг друга щеками. Только ими. Привычная форма приветствия в нашей семье уже давно.
— Я не могла не приехать, — выдыхает жена и отступает от меня, рассматривая пристально, как под микроскопом. Бросаю взгляд на ее тяжеловесные украшения: серьги, бусы, браслеты из темного золота с тиснением, длинное объемное платье синего цвета с выпуклой вышивкой, маскирующее полноту. Черные кудри ниже пояса убраны в аккуратную косу, яркий макияж и тонна тонального средства скрывают следы, всегда присутствующие в облике жены, — мешки под глазами и припухлости от недосыпа и слез.
На лице Диляры крайняя степень недовольства. И я думаю, видела ли она фотографии в интернете? Есть ли они там? Конечно, я не сомневаюсь, что мои парни позаботились о том, чтобы все любопытные стерли с телефонов записи, но вдруг кто-то просочился сквозь толпу, сделал фото и скрылся с компроматом на меня.
Но, кажется, у Диляры совсем другие поводы для беспокойства.
Я уже научился считывать малейшие нюансы ее настроения, все ее повадки как на ладони. Ее руки вечно мельтешат: она трогает волосы, губы, дергает свои браслеты. Раздражает до одури.
— Давай сначала поговорим наедине, — предлагаю спокойно, но не успеваю продолжить, так как Юсуповы выходят к нам. Приземистый, лысеющий Фарит Рустамович стал с того времени, как я его не видел, будто бы еще полнее. Щеки обвисли, мешки под глазами выдают усталость и возраст. Эльвира Алимовна своим видом показывает мне, какой будет моя жена спустя годы.
Только, в отличие от жены, у тещи нет нервных расстройств и выглядит она будто бы даже моложе жены. Гладкая кожа, натянутая на полных щеках, скромный бежевый наряд, забранные назад темные крашеные волосы.
— Здравствуй, Арслан, — тесть пожимает мне руку, беря мою ладонь в обе свои и несколько раз тряханув. Он всегда так делает.
— Эльвира Алимовна, — киваю теще, — спасибо, что привезли Диляру.
