Прямиком из этого автомобиля.
* * *Чтобы не думать о Марке, постоянно провожу время за учебой. Подолгу сижу в библиотеке.
До самой последней минуты. Меня даже выгоняют! Просят освободить помещение. Выключив лампу, сдаю читательский билет и бреду по пустому коридору, погруженная в свои думки.
Позади слышатся энергичные шаги.
– Почему не приходила в больницу? Я ждал…
За моей спиной слышится громогласное рычание, заставляя все внутренности покрыться льдом. Это его голос! Голос бездушного чудовища, звучащий точно позади меня…
Пустой коридор универа наполняется эхом от слов Марка.
Я чувствую его дьявольскую энергетику. От Абрамова веет холодом, а внутри него, напротив, раскалённый ад.
Даже не хочу оборачиваться. Ускоряю шаг, превозмогая дрожь в коленях, а затем срываюсь на бег.
Я не хочу его видеть! Не хочу даже смотреть в глаза!
Наверно я успеваю пробежать чуть больше метра, когда на меня обрушивается мощная фигура и запах терпкого одеколона с агрессивными нотками.
– В чём дело, новенькая?
Наивная.
Надеялась, что ли, что смогу убежать?
Марк дикий и хищный, как пантера, он настигает меня в три секунды, не оставляя выбора. Его горячие пальцы впиваются в моё запястье, резко разворачивая к себе лицом.
– Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! – дышит как дракон, опаляя страшными языками пламени. Я не хочу смотреть в его кошмарные глаза! Я знаю, что там пекло… Преисподняя. И она засасывает меня.
– Тебе совершенно было на меня плевать?
– Пусти, – тихо. – Я болела.
– Болела? – пламя, бушующее на дне радужки, теплеет. – А на звонки почему не отвечала? Смс-ки.
Его сообщения я удаляла, даже не открывая. А номер кинула в черный список.
Стоп.
Он издевается?
Я думала, у мерзавца хотя бы капля совести есть – он даже хуже, чем я себе представляла. И он продолжает мне врать!
Я не согласна быть его зверушкой! Ладно делать рефераты, но спать с ним… а потом видеть с другими – как же судьба вовремя увела меня от беды. Я едва не отдала ему свою невинность! Самое ценное, что есть у девушки.
– Что, так плохо было? Но уже лучше, да? На пары ходишь, с Шараповым даже хохочешь, – хмыкает. – Ты сама не своя, у тебя эти… дни женские что ли?
Протягивает вторую руку к моему лицу, касаясь подбородка. Я дергаю головой, будто он бьёт меня электрошокером.
– Не прикасайся!
Пусть не трогает меня, пусть уберет свои поганые руки… Я не вынесу этого!
И начинаю быстро двигаться назад, нащупав в сумке перцовый баллончик.
