Психанул, сплюнул и, вновь затянувшись, уже окурком, сказал:
– Мари Эйтонари ведь не твое имя.
– Нет, естественно не мое, – спокойно подтвердила я.
– Не твое, но ты примеряешь его на себя настойчиво! – Его тон вновь стал обвиняющим.
Это уже начинало раздражать.
Пройдя к креслу у окна, я рухнула на него абсолютно без грации, закинула ногу на ногу, поправила ворот чуть распахнувшегося банного халата и прямо спросила:
– Что за хрень вы тут несете?
Узкие глаза главы рода несколько округлились.
– Что? – поинтересовалась я.
– Вы сами сказали: «Знакомство может начаться и с пинка», ну так я вас сильно удивлю – разговор вполне может им же и продолжиться. Но это лирика, а мне бы хотелось знать, за каким дерсенгом меня позвали?!
Адзауро сделал еще одну затяжку, затем вышвырнул сигару в окно, развернулся ко мне, сложив руки на груди, и задал неожиданный вопрос:
– Мой внук красив?
Потрясающий вопрос, просто слов нет.
– Да, – ехидно ответила я, – весь в вас. Что-нибудь еще?
Мой ответ Адзауро не понравился.
И я не сразу поняла чем, но тут старик задумчиво произнес:
– Да, Чи красив, так красив, как некогда был я… У меня было двенадцать гейш одновременно, девочка!
А я тут при чем?!
– Искренне за вас рада, – солгала я, даже не предпринимая попытки сделать замечание учтивым.
И это оказало на Адзауро неожиданный эффект. Он вдруг сел, прямо на пол, скрестив ноги и пристально глядя на меня, а затем вкрадчиво спросил:
– Тебе нравится Ятори?
– Упаси нестабильная плазма! – Вот теперь я была совершенно искренна.
– Ничем не хочу обижать вашу родину, но это явно не самое райское место в изученной Вселенной.
Адзауро странно на меня посмотрел, неожиданно подался вперед и, почти не веря, задал вопрос:
– То есть ты не желаешь стать женой Чи?
Я как сидела, так и спросила:
– А вы сейчас что курили?
Узкие глаза вновь заметно округлились, но старик промолчал.
– Слушайте, – я устало покачала головой, демонстрируя все свое отношение к этому… даже не знаю, как назвать, наезду, что ли, – возможно, я вас удивлю, но… я здесь потому, что вы меня как бы наняли.
Адзауро промолчал.
– Наняли, а не сосватали, понимаете разницу?
Все еще продолжал молчать.
О боги павших цивилизаций!
– В любом случае я не справилась, соответственно, через несколько дней прибудет моя замена, – уведомила я нанимателя.
При этих словах Адзауро полез в карман своего халата, достал новую сигару, поджег, раскурил и, затянувшись дымом, произнес:
– Говорить о будущем – смешить мышей под полом.
