Думаю об Андрее, и думаю…
Почему не звонит? Скучает ли по мне? Что делает? Какой будет наша встреча?
В какой-то момент незаметно отключаюсь. Эта грань как-то стирается. Ярким ощущается пробуждение. Вздрагиваю, чувствуя, как крупные и крепкие ладони ныряют под кофту пижамы. Тихо стону, когда грудь сжимают.
— Андрей… — все еще дезориентированная после сна, оборачиваюсь.
Не успеваю приспособиться к полумраку, чтобы лицо разглядеть. Но слышу знакомый глубокий мужской голос:
— Привет, красивая.
— Привет, привет… — шепчу, слишком счастливая, чтобы прятать чувства.
— Андрей…
Он наклоняется и накрывает мой рот своим. Его губы холодные, чуть обветренные, оттого шершавые, но я с тоской принимаю эту грубоватую ласку. Приглушенно стону и обнимаю своего мужчину за шею руками.
Он подминает меня под себя. Отрываясь от губ, тяжело выдыхает и всем весом опускается, вжимая в матрас.
— Зачем так запечаталась?
— Ты раньше вернулся…
— Да, соскучился, — окончательно меня размазывает этим признанием.
— Мм-м…
— Снимай этот плюшевый скафандр. Голую хочу.
— Голую? — переспрашиваю неосознанно. Больше по инерции. — Голую?
— Голую, мокрую, голодную… Голодная? Я очень.
— Наверное… — выдыхаю несмело.
— Давай, раздевайся, — горит нетерпением.
Я тоже…
Охотно повинуясь, снимаю пижаму. Андрей уже обнажен. Когда соприкасаемся кожа к коже, тело будто электрический разряд пронзает. После разлуки ощущения такие острые, слезы на глазах наворачиваются, и бесконечно по коже гуляет дрожь.
Рейнер соскальзывает вниз и вдруг резко сгибает мои ноги в коленях. Почти к груди их мне прижимает. Замирая напротив моей плоти, нюхает меня. Задыхаюсь от смущения… А потом чувствую, как он лижет там языком. Размашисто, шершаво, щекотно и безумно приятно."
"Вскрикиваю и исхожу крупной дрожью. Ему приходится удерживать меня руками. Чтобы я на пике крайне острого удовольствия не выскочила из постели. Несмотря на угрозы и обещания, это происходит впервые. Андрей пару раз касался меня так, но быстро и как-то поверхностно, словно дразняще.
Сейчас же… Полный контакт. Он откровенно лижет меня. С явным наслаждением. Собирает соки, раскрывает складки, давит на клитор, толкается языком в лоно. Я ерзаю и, не умаляя разрастающегося возбуждения, громко вскрикиваю и постанываю.
Андрей ничего не спрашивает. Я ничего не говорю.
Кроме:
— Пожалуйста… Еще… Да… Хочу… Давай… Сильнее… Еще…
Снова вспоминаю сводящие меня с ума просьбы.
