Сам подталкивает жестче, чем я ожидала:
— Говори.
— Я удаляла переписку с Валерой… И несколько раз тайком с ним встречалась… Сейчас говорю, слушаю себя, и понимаю, как это звучит. Но, клянусь, между нами никогда ничего не было! Ничего!
Рейнер шумно вздыхает и с силой стискивает мою талию. Не думаю, что умышленно. Скорее всего, неосознанно. И все же вздрагиваю и вся сжимаюсь.
— Зачем сейчас говоришь? — рубит с притушенным гневом.
Нет, для кого-то показалось бы, что говорит спокойно. Но я-то прекрасно слышу то, что скрывается за этим ровным тоном.
— Не хочу что-то скрывать… Больше никаких секретов, хорошо?
Андрей не отвечает. Вместо этого отстраняется и встает с кровати.
Он… Он просто уходит, что ли?
— Ты куда? — сажусь, подбирая под себя ноги.
— Покурю… — произносит так же глухо и ровно.
— Почему не здесь?
Вспыхивает лампа. Я принимаю его тяжелый взгляд и… остаюсь одна.
Дверь хлопает громче, выдавая сдерживаемые эмоции. Я же начинаю дрожать и часто дышать уже по другим причинам. Отнюдь не любовным и романтическим.
Нервно провожу ладонью по волосам и поднимаюсь.
Разговор нужно закончить, хочется Рейнеру или нет. Потому что он должен знать… все. Он должен знать все. И понимать меня.
С этими сумбурными мыслями выбегаю в коридор. Шаги Андрея уже на последних ступенях лестницы стихают. Прижимаю к груди ладонь и спускаюсь. Иду так же, как и он, двигаясь в темноте. Пока не набредаю на полоску света под дверью его кабинета.
Вхожу без стука. Решительно и смело. Однако стоит Андрею обернуться и взглядом меня встретить, весь настрой теряю.
В приглушенных клубах желтоватого освещения он выдает бесконтрольные и горячие эмоции. Ревнует мой Рейнер, хоть и пытается все это подавить.
— Андрей…
— Давай не сейчас, — останавливает тем же обманчиво-фальшивым тоном. — Иди, ложись. Я скоро буду.
Обходит стол и садится в кресло, уверенный, что я благоразумно ретируюсь.
Ну, уж нет. Не ради этого столько эмоций преодолела.
Как только зрительный контакт между нами возобновляется, начинаю двигаться.
Стремительно, прямо на него. Пока не замираю в непосредственной близости.
— Я должна сейчас закончить… — подбираюсь еще ближе. Между столом и Андреем, так что ему приходится назад отклониться, чтобы вновь в глаза мне смотреть. А если точнее, прожигать своими насквозь. — Ты обязан меня выслушать до конца…
Не дает договорить. Вставая с кресла, подхватывает меня руками и опускает на стол. Наклоняясь, со всех сторон блокирует.
— Ну, говори тогда. Все.
