Но решила верить в то, что он просто сильно занят и перезвонит позже, чем в то, что произошло нечто плохое…
Достаточно всякого уже случилось в этом доме.
Не хотелось бы еще порцию бед на головы обитателей этого дома…
Придётся мне так идти в школу завтра, на свой страх и риск.
Я не знала, как поведёт себя Матвей — сольёт ли он видео прямо завтра или пока что продолжит глумиться надо мной дома, когда мы остаёмся наедине.
Но велик шанс, что всё-таки сольёт.
Одноклассники увидят его, сделают вывод, что я — воришка, и устроят мне сладкую жизнь, как говорится — покажут небо в алмазах в прямом смысле…
Снова тяжко вздохнула и попыталась отвлечься на книгу, которую читала уже как несколько недель — сосредоточиться никак не выходило: то одно происходило, то другое, что отнимало душевные силы и лишало равновесия, мешало понимать прочитанное.
Раньше книги очень хорошо меня отвлекали.
Я могла сутками проводить с любимой книгой в руках.
Мне и друзей-то было не нужно, почему, собственно, у меня их нет сейчас — мне просто никогда это не было интересно.
Меня вполне устраивал досуг с книгой наедине, я любила одиночество и чтение.
Но только теперь, после потери мамы, мне стало казаться, что чего-то всё же не хватает.
Это одиночество скоро поглотит меня…
***
МАТВЕЙ.
Дверь за моим кузеном захлопнулась.
Андрей — не только мой друг, но ещё и кузен.
Ещё мы вместе ходим заниматься футболом.
И впервые я ощутил какие-то не очень приятные эмоции от его присутствия в доме.
Потому что он уделяет слишком много внимания туда, куда вовсе не надо это делать.
— А кто это? — спросил он, глядя на дверь, словно Лина продолжала бы там стоять.
— Ты серьёзно хочешь об этом поговорить? — скривился я.
— А почему нет? — пожал плечами кузен. — Я ее никогда тут не видел. Откуда она появилась в вашем доме?
Я хмыкнул.
Ну вот и что ему рассказать?
33
— Зачем тебе знать о ней? — спросил я, открывая сайт с той игрушкой, в которую мы любили рубиться, когда Филин приезжал ко мне.
Филин — кличка, образованная от фамилии Филимонов.
Его так все друзья называли.
— Понравилась, — бесхитростно ответил двоюродный брат.
Я задумчиво уставился на него.
Понравилась?
Ему?
Ангелина?
Да они также далеки друг от друга как бегемот и балет.
Что между ними может быть общего?
Филин просто её совсем не знает.
Нечему в ней нравится!
Просто нечему.
— Кто? Она — тебе? — усмехнулся я.
— Ага, — ответил он. — А что такого? Симпатичная ведь девчонка. Я бы с такой замутил.
