Лину спасли и оказали ей помощь своевременно — кажется, пришлось шить немного. Железка не проткнула ничего насквозь, очень повезло, но задела всё-таки некоторые органы. Теперь жизни Ангела ничто не угрожает, но она находилась в реанимации, к ней никого не пускали.
Сегодня первый день, когда нам разрешили её увидеть.
Отец и я тут же приехали в клинику вместе.
Я остался у двери палаты в кресле, чтобы дать сначала папе побеседовать с нашей пострадавшей — он весь извёлся, нервничал и винил себя в произошедшем, мол, не доглядел.
Конечно, ни в чем он не был виноват, но объяснить это ему не вышло, пока что он корит сам себя. Я надеялся, что когда Лина поправится и выпишется из клиники, отец успокоится. Тем более, ему ещё возвращаться и работать нужно. Хотя, если честно признаться, я и сам эти дни переживал и ждал момента, когда она снова посмотрит в мои глаза. И вот, уже совсем скоро он наступит…
Интересно, она помнит? О том, что я ей сказал?
Или всё от боли забылось?
— Нормально, Роман Петрович, — ответила она слабым голосом.
— Уже нормально.
Конечно, ей ещё восстанавливаться долго, но главное — живая. Всё обошлось, слава богу, и вся наша семья благодарна судьбе за это.
— Очень болит? — папа указал глазами на её живот."
"— Ничего, — вяло улыбнулась Лина. — Заживёт. Всё будет хорошо, не переживайте так. Вам самому лечение нужно… Что же вы так, из больницы сбежали?
— Из больницы? — навострил я уши и влез в диалог.
Папа ничего не говорил мне. Ну надо же — оказывается, я так мало знаю о собственной семье! Кажется, у меня к папе есть серьёзный разговор.
Что этот он не следит за своим здоровьем?
Но сначала я хочу поговорить с Линой.
— Да я выполняю предписания врачей, — ответил он ей. — Это ты за меня не переживай. Мне-то ничего не зашивали… Ты выздоравливай, пожалуйста.
— Мне приятно, что вы так беспокоитесь.
— А как иначе? Я взял за тебя ответственность, мне и нести. Я обязан сберечь твою жизнь. А Матвей мне поможет. Да, Матвей?
Папа обернулся на меня и улыбнулся.
Конечно, мама ему уже рассказала, что это я Лину в больницу привёз вовремя.
Мы ругались с ней, а теперь у нас совсем другие отношения, и отца это явно радует.
А вот у меня остались вопросы к тому, как теперь пойдёт наша жизнь, когда Лина выпишется домой…
Наломал я дров немало. Хоть бы простила меня, дурака…
— Да, конечно, пап, — ответил я.
— Ну, тогда поговорите тут сами, — уступил он мне место возле Лины. — А я пока к лечащему врачу наведаюсь.
