Широкоплечий и высокий, он нагонял на меня ужас. Мне было настолько страшно, что моё согласие на кофе и ответ про обмороки был обусловлен только тем, что я неосознанно шла на поводу в надежде вырваться, как только хватка ослабнет. Это такая защитная реакция.
Надел пальто, посмотрел на часы, что-то сказал айтишнику на всё том же языке и подошёл к дивану, на котором я всё ещё растерянно сидела уперевшись двумя руками о сидение. Пошатывало до сих пор.
Медленно встала, контролируя своё состояние, стараясь максимально увеличить расстояние, между нами, хотя мужчина не оставил мне и шанса.
Придвинулся максимально близко, будто бы между нами нет барьеров! Что ещё сильнее меня нервировала. В скупе с обмороком, состояние моё было категорически не стабильным.
– Фархад.
– Что? – осипшим голосом переспросила я.
Улыбнулся. Снисходительно и как-то по-доброму, словно я несмышлёное дитя.
– Моё имя – Фархад, – а потом припечатал, – Оксана.
Господи… Это был конец всему. Он всё знает! Он точно всё про меня знает.
Что будет дальше? Меня вывезут в лес и закопают? А может быть попробуют узнать, что я сделала, куда дела деньги? Вопрос же в деньгах? Или не в деньгах?
– Снова обморок? – Насмешливо интересуется мужчина.
Молчу пугливо озираясь. Все эти россказни про то, что героиня держится спокойно и собранно перед лицом опасности – чёртовы сказки! Ни черта подобного! Мне было страшно до такой степени, что какая-то гордость идёт лесом вместе с литературным и высокопарным слогом! Меня никогда нельзя было назвать смело-безрассудной.
И то, что перед этим человеком нельзя гнуть того, чего нет, мозгов мне хватило. Сломает как спичку.
– Можешь падать.
– Ку-куда?"
"– Куда хочешь, я поймаю, – снова улыбнулся и подался, вперёд не оставляя в очередной раз возможности отдалиться, – а ещё знаешь что? – Вкрадчивый шёпот одними губами к которому мне приходится сначала прислушаться, а потом только в заторможенном варианте понять, что именно он сказал!
Отрицательно качаю головой, продолжая смотреть на смешинки в его глазах и больше ужасаться внутри себя.
И, пожалуй, удивиться ещё больше, когда так же тихо, словно нет ничего кроме этой секунды продолжить:
– Поздно… – касание моей скулы мягкими подушечками пальцев, – я тебя уже заметил.
После, молча взял меня в конец растерянную за руку и повел к двери. Сказать, что я была в шоке, ничего не сказать. Мне только что дали отчётливо понять, что на этом конец.
