Мы отказались от фотографа. Хотя…
Достаю свой телефон на который Сергей сделал пару снимков, когда мы с ним гуляли. Судорожно принялась листать снимки и замерла когда увидела наше с ним единственное фото. Мы счастливы на нем. Провожу подушечками пальцев по экрану. Это было буквально вчера. Вчера.А сегодня его больше нет.
Всхлипнула. Не удалось сдержать вырывающиеся наружу слезы. Погасила экран телефона и уткнулась в подушку, стараясь заглушить истерику.
Под утро удалось уснуть. А когда сил лежать не осталось, я вышла из комнаты.
Прошлась по квартире. Тишина. Я ненавижу тишину. Мне уже начинает казаться, что загляну в комнату и увижу что-то страшное. Подойдя к двери второй комнаты и тихонько нажав на ручку, открыла ее.
Никита положил голову на руки, сложенные на столе и служившие ему “подушкой”. Перед ним стоит ноутбук. Стало его жаль. Всю ночь видимо так и проспал.
Тормошу его за плечо и он тут же поднимает голову. Обещаю приготовить завтрак и скрываюсь как можно быстрее.
А после мы разговариваем.
Я понимаю, что он не оставит смерть отца просто так. Он будет искать и более того, я уверена что он найдет виновного или виновных. Мне становится немного не по себе, от мысли, что он тоже может во что-то нехорошее ввязаться и с ним тоже может случиться несчастье. Что тогда? Как тогда жить?
Ближе к обеду Никита уезжает, оставив меня одну в квартире. Он предупреждал, что ему придется отлучаться по делам. В конце концов я не маленькая девочка и в состоянии и одна дома посидеть.
Но как я боюсь одиночества! Я только недавно от него избавилась, от этого странного чувства. А теперь снова все повторяется. Как быть?
Я стараюсь себя занять делом. И вооружившись пылесосом и влажной тряпкой принимаюсь за уборку. На самом деле у Никиты в квартире чисто. Но мне то нужно занять руки.
Поэтому когда он приезжает ближе к вечеру - приготовлен ужин и вся квартира сияет от чистоты.
- Ого, - с ходу заявляет он. - А у меня дома может пахнуть едой. Причем съедобной, - усмехается он.
Я вижу, какой он измученный. Больше всего уверена, что это расследование ему дается не легко. Но я не могу ему ничем помочь и от этого чувства беспомощности я не знаю куда себя деть.
Мне страшно. За него, за себя. Потерю еще одного близкого мне человека я попросту не переживу.
Вскоре мы так же расходимся по комнатам, лишь у двери спальни я решаюсь на вопрос:
- Ты извини. Я заняла твою кровать. Где будешь спать ты? Не за столом же? - натягиваю улыбку.
