В семьях оборотней обычно много детей, вряд ли Алан знает, кто и кому приходится братом, тем более, насколько помню, Ри и тот пьяный, что напал на меня, являются сводными братьями, а не родными.
— Хорошо, — кивает Алан и добавляет. — Вирен Ри, выйди вперёд.
Ри подчиняется, после чего встаёт на одно колено.
Теперь очередь Элизы. Она задумчиво прикусывают губу, а потом оборачивается к Алану и говорит:
— Ваша светлость, все ваши солдаты прекрасны, я не сомневаюсь, что каждый из них силён и верен вам. Мне тяжело сделать выбор, поэтому прошу вас помочь мне.
Кого бы вы посоветовали мне взять? Я полагаюсь на ваше мнение, милорд!
«Хороший ход», — думаю я, видя, как одобрительно улыбается Алан.
Быстро пробежав взглядом ряд, он повелительно говорит:
— Грациус Марко.
Оборотень из центра делает шаг вперёд и тут же опускается на одно колено. Это весьма широкий детина с крупными губами и тяжёлым подбородком. Но глаза у него светлые, как утреннее небо, и чем-то напоминают глаза самой Элизы.
— Марко, с этого момента ты служишь леди Элизе, — говорит Алан.
— Ри, с этого момента ты служишь леди Виктории. Пока они находятся в этих стенах, вы отвечаете за них жизнью.
Каждое слово принца тяжёлое, точно камень. Я не сомневаюсь, что, если понадобится, Алан не дрогнет, собственноручно казнит наших телохранителей. У оборотней королевская семья обладает всей полнотой власти, вплоть до решений, кому жить, а кому умереть.
— Чтож, леди, — продолжает принц, — было приятно с вами пообедать. Позже я загляну к вам на урок магии, если вы не против.
А теперь не мешаю вам знакомиться со своими телохранителями.
Принц поднимается из-за стола и, мазнув по нам на прощание взглядом, стремительно уходит. Следом уходят солдаты, а также стража у дверей и дворецкий. В помещении остаёмся только мы с Элизой и Ри с Марко, которые так и продолжают стоять в коленопреклоненной позе.
Элиза первая подходит к своему охраннику и мягко просит встать. Тот подчиняется. Рядом с ним Элиза кажется миниатюрной дюймовочкой.
— Приятно познакомиться, — говорит ему Элиза. Марко басит, что ему тоже.
— Вы идёте? — она оборачивается на меня.
— Нет, хочу ещё чем-нибудь перекусить, — отвечаю я.
— Ладно, а мы пойдём… — говорит девушка, но у самых дверей вдруг оборачивается. — Здорово, правда?
— Что?
— Принц так о нас заботится… — смущённо улыбается она. От её утренней ревности не осталось и следа, но я не радуюсь раньше времени. Уже зародившиеся подозрения не так уж просто искоренить.
