— Очень жаль... Но я рада, что ты больше не заперт в темнице. Честно говоря, я переживала.
— Из-за чего? — хмурится Ри.
— Ну… Ты там оказался по моей вине.
— У меня был приказ. А я не смог его выполнить, — упрямо говорит оборотень. И в этой упрямости — вся его натура. Я очень надеюсь, что история с темницей не сделала Ри моим врагом. Было бы очень жаль.
— Ладно, не буду спорить, — говорю я. — Проводишь меня в сад. Там вроде фуршет?
Оборотень кивает.
Вместе с Ри мы спускаемся по лестнице и проходим через пустующий плац для тренировок.
Я вздыхаю полной грудью. В воздухе пахнет озоном, а трава блестит от влаги. Видимо недавно прошёл дождь, тучи всё ещё заволакивают небо. Скоро наступят сумерки. Хорошо, что летние вечера в Лимерии такие тёплые!
Из сада доносится музыка. Меж деревьев расположились столики с угощениями и кресла для отдыха. Тут же играют приглашённые музыканты. Оборотни переоделись в парадную военную форму и из замученных тренировками суровых солдат превратились в красавчиков с замашками джентльменов.
Кроме оборотней я с удивлением замечаю и нескольких незнакомых девушек. На них платья необычных для Лимерии фасонов, серебряные украшения в волосах. А на запястьях проступают ветвистые узоры.
— Они приехали из Руанда, — объясняет мне Ри. — Праздник — это возможность навестить мужей и братьев.
— А к тебе приехали?
— Нет. Я младший сын, — просто говорит Ри.
Я только молча удивляюсь. И что, если младший, значит и навещать не нужно? Что у них там за порядки в Руанде?
— Слушай, ты тоже отдохни, — говорю я.
— Поешь чего-нибудь. Тут со мной ничего не случится.
Телохранитель меряет меня таким красноречивым взглядом, что стыд снова начинает тревожить душу. А Ри ещё и подливает масла в огонь:
— А монстра вы случаем не заметили в кустах, леди Виктория? Как в прошлый раз.
— Всё-таки злишься?
— Ни капли! Просто обидно, что попался на такую глупую уловку."
"— Вовсе и не глупую, — обижаюсь я. — Извини, что я так поступила. У меня не было выбора.
Правда.
— Не было выбора? — раздаётся позади новый голос. Алан! Я оборачиваюсь так испуганно, точно меня поймали на воровстве. Сердце делает кульбит, когда я поднимаю на принца взгляд.
— Ваша светлость! — кланяется Ри.
Алан даже не смотрит на телохранителя. Только делает жест рукой, как бы говоря: «Отойди». Ри холодеет лицом, но отходит на десяток шагов. Так, чтобы не упускать меня из виду, но и не подслушивать разговор.
— Милорд, — я приседаю в реверансе.
