— Нити связей.
— И что они значат? — наседает принц.
— Хм… Я могу предположить, но… Честно говоря я раньше иначе видел магию камня. Совсем иначе! Мне бы лучше заглянуть в свои записи… Жаль, они не тут.
У меня сердце пропускает удар. Пока слова о «метке» не озвучены, можно от всего отвертеться! Я напряжённо слежу, как Ростер изучает магический рисунок. Его веселье немного затухает, на лице появляется беспокойство. Видно, жениху тоже не нравится связь между мной и Аланом. А ещё он долго глядит на странные переплетения вокруг Элизы.
— А что насчёт вас и Виктории? — вдруг спрашивает та. — Вас соединяет зелёная нить. Это значит, что вы друг другу подходите?
— В перспективе, — говорит Ростер, — наша с Викторией связь может стать крепкой, как сталь. Вот с натяжением придётся поработать, но это дело времени. Однако, если я верно помню расшифровку… зелёный цвет - цвет дружбы. И понимания. Для счастливого брака самое то! Что скажете, Виктория?
Я хочу ответить, но вдруг понимаю, что сил нет. Глаза слипаются, словно сейчас не утро, а поздняя ночь.
Камень нагревается под пальцами...
— А как увидеть ваших детей? — не успокаивается Элиза. — Вы говорили, что это возможно.
— Да… В теории. Виктория, как вы себя чувствуете?
— Хорошо, — автоматически отвечаю я, а потом вдруг понимаю, что голова идёт кругом.
— Ладно. Давайте попробуем! Виктория, прошу, сделайте глубокий вдох… Та-ак, потом выдох, — говорит Ростер, сжимая мои плечи. — Посмотри на нашу нить и подумай о детях. Представьте, какие они...
Я послушно перевожу взгляд на зелёную ниточку. По сравнению с красной, она выглядит довольно хилой. Если не сказать — жалкой. Зато красная пульсирует так, что невозможно о ней забыть. Дети… дети… Я силюсь кого-нибудь представить, но почему-то мне внезапно вспоминается моё детство, скучные однотонные дни… Если прожить один, считай прожил их все. А ведь говорят — детство лучшее время. Интересно, а какое оно было у Виктории?
Мысли плывут, словно без моей воли. Я пытаюсь их ухватить, вернуть в правильное русло, но перед глазами уже несутся воспоминания… Словно кто-то или что-то вкладывает их мне в голову.
— Виктория, с тобой всё хорошо?
Камень нагревается под пальцами, жжёт кожу. Я вижу драголит словно через пелену тумана. На плечи наваливается такая усталость, что даже голову сложно поднять. Вокруг тускнеют краски.
— Отпусти кристалл, Виктория! — долетает до моих ушей обеспокоенный голос.
Я гляжу на руки, а те уже почти по локоть провалились в камень.
