- Какой ещё, на хрен, генерал? – так-то я и посильнее могла загнуть, но решила пока события не форсировать.
- Какой здесь крепостью командует, - пожала плечами тощая.
- Госпожа Женевьев, ну как же так, вы же всё помнили ещё вчера утром, когда мы подплыли к этой бухте, и говорили – что даже с края света есть путь обратно, так и говорили, - пухленькая чуть не плакала.
- Я? Говорила?
Вчера я говорила с Геннадием, сказала, что уволю к чертям, если не выбьет оконные блоки. И потом ещё с Женей, чтоб на берег не ехать, а он не послушал.
И потом ещё старичок-бурундучок…
Видимо, я произнесла всё это вслух, потому что обе тётки непонятные снова переглянулись, и пухлая сказала худой:
- Что-то госпожа совсем заговаривается. А она вообще здорова?"
"- Нет, конечно, - отозвалась я. – Думаю, вам нужно позвонить в город и сообразить, как увезти меня туда, наверное – в больницу. Томографию делать, или что там ещё нужно в таких случаях. Рентген. И анализы сдавать.
- Рехнулась, что ль? - нахмурилась худая.
- Так немудрено, с такой-то жизни, как вы тут мне нарассказывали, бедная баба, кто вообще такое вынесет, - прозвучала Пелагея из-за шторки.
- Скажи-ка, Пелагея, кто у вас тут больных смотрит? – пухлая женщина смешно упёрла руки в боки и глянула на хозяйку.
- Кто-кто, я и смотрю, - пожала плечами та.
- Ты целитель? – о, ещё и брови нахмурила, тоже смешно.
Только смеяться сил нет.
- Я – кто?
- Как кто? Маг-целитель? Нам тут абы кого не нужно, ясно? – повысила она голос, смешно и как будто неумело.
Пелагея оглядела собеседницу внимательно, будто та сказала какую-то ерунду.
Впрочем, так оно и было. Какой ещё маг-целитель, вы скажите? Тут бы терапевта приличного, а может, и кого посерьёзнее. Честное слово, не буду больная в офис ходить, возьму больничный и ответственно пролечусь всё время, сколько скажут!
- Ты, Марья, руки-то в боки не упирай и валом на меня не иди, - сказала. – Я барыне твоей не враг. Понимаю, что ей тоже деваться-то и некуда, приказали – и поехала, и теперь ей тут вековать, сколько бог даст.
Но хорошо или плохо, долго аль нет – это уж как сложится, и как сами сложите – тоже. Будешь голосить да требовать – и первой весны не увидишь. Глаза пошире раскроешь да сообразишь, что и как – глядишь, и приживёшься. Поэтому ты горло почём зря не рви, да ножками не топай – целее будут. Смотри, слушай и соображай – что у вас теперь и как.
- Прости, - вздохнула пухленькая Марья, подумав.
