Ну что, в автомобильный салон поедем?
- Когда?
- Завтра.
- Слушай, да что ты никак не уймешься? Как ты узнаешь, к кому приходила Марго, даже если она там была? Думаешь, так тебя там все и расскажут?
- Знаю я, к кому она приходила. В том-то и дело, - глубоко вздохнул Алексей.
- Откуда?
- Дедуктивный метод. Слыхал? Фамилия этого человека складывается из первых двух букв фигуры из трех пальцев, в просторечии называемых «шиш», …
- Давай-давай, заливай. Второй раз у тебя этот номер не пройдет.
- Ну, не хочешь, не верь.
А правду я тебе все равно не скажу.
- Это потому, Леша, что тебе стыдно. Ты, небось, с Воробьевым поговорил?
- А, знаешь, Серега, сыщик из тебя получится. Мысли у тебя правильные появляются.
- А ты не думаешь о том, что меня подставил?
- Не думаю. Воробьев и его вымогательство – это мелочь. И анашкинские бумаги мелочь. Вся эта чепуха не сравнится с человеческой жизнью. Ничто не сравнится. А я теперь знаю зато, за какую ниточку надо тянуть. Надо узнать, зачем Марго хранила рекламный проспект из автомобильного салона.
- Ты не сможешь завтра встать.
- Смогу. Все равно меня от работы на неделю освободили. Серебрякова раньше понедельника и не ждет. Сегодня что? Среда. Завтра я уже должен быть в норме. Больше трех дней не болею. Ты поедешь за рулем моего «Пассата». Мне надо-то всего доехать до салона, разыграть из себя зажравшегося буржуя, и, вернувшись, домой, снова залечь в теплую постель.
- И кого я должен изображать за рулем твоего «Пассата»?
- Шофера и телохранителя.
- Лихо! Дорого это тебе обойдется.
- А тебе? Хочешь раскрыть громкое дело?
- Ладно, пошутил. Я сейчас спущусь за коляской, ребенком и твоей женой, но уговаривать ее будешь ты…
… На следующий день только уже сидя в машине, Алексей понял, что погорячился. За три дня от такого гриппа вылечиться было невозможно. Тем более что, собравшись в автомобильный салон, для презентабельности пришлось надеть костюм и черное драповое пальто, которое он терпеть не мог. В этом пальто было и неудобно, и холодно, и никакой головной убор из имеющихся в леонидовском гардеробе к нему не подходил.
А черной шляпы у Алексея, естественно не было.
- С голой головой никуда не пущу! – категорично заявила жена Александра.
Тогда Барышев стянул с полки огромную собачью ушанку и нахлобучил ее на голову другу:
- Так пойдет?
- Спятил, что ли? Я уже ее давно не ношу! – возмутился Алексей. – Она ж вся слежалась от времени!
- Ничего. Зато теплая.
- Там моль!
- Не ври, - обиделась Александра.
