- Убита?!
- Ей повезло. Жива, - коротко сказал Серега. - Она сейчас дома, уже почти успокоилась.
- Но почему вчера не позвонила?
- Не знаю. Испугалась здорово, когда этот мужик начал ее душить. Потом внезапно отпустил. Она его даже толком не разглядела. Подумала, что грабитель. Услышал, что кто-то идет, и отпустил. И только ночью, обсуждая случившееся, ее муж вдруг подумал, что это нападение может быть связано с убийствами остальных цветочниц. И я думаю, что он прав. Флора, естественно, тут же в истерику, муж в милицию.
И вот я весь такой молодой и красивый еду сейчас к ним домой. Компанию составишь?
- А где он на нее напал?
- Возле павильона, в котором Флора работала. Она вышла из него, направилась к ближайшей станции метро. Там, как она сказала, дворик есть, маленький такой, тихий. Девять вечера, сумерки. Говорит, он сзади напал.
- Где встречаемся?
- Метро «Маяковская». Устроит?
- Вполне.
Поспешно одеваясь, Алексей пытался сообразить, что же такое произошло.
Он что, все лейкинские павильоны теперь решил обойти в поисках очередной жертвы? Но зачем ему нужны именно цветочницы? Причем именно лейкинские? Нелепость на нелепости.
- Ладно, может, эта Флора нам поможет, - сказал он Сереге, дождавшись его у метро.
Потом спросил:
- Чего так долго?
- Да я вчера этого деятеля, который магнитолы крадет, так и не дождался. Позвонил в его квартиру – никого. Ждал, ждал, пока не надоело. Плюнул и ушел. Никуда он не денется. Сегодня заехал на работу, написал все, как положено, и сказал, чтобы участковый с ним разобрался вместе с ребятами из отделения.
Чтоб задержали, оформили протокол. Ну, как там положено. А я, значит, по маньякам. Потом побеседуем.
- Это правильно.
- Знаешь, что странно? Он в том самом подъезде живет.
- В каком?
- Где Розу задушенную нашли. Третий этаж.
- Ну да, помню: квартира сорок шесть.
- Память у тебя! – восхищенно сказал Серега.
- Профессиональная. Хотя теперь и ни к чему.
А его допрашивали в связи с этим делом? Как свидетеля.
- Всех допрашивали. Я конкретно не помню, кто в какой квартире живет, но обошел их все. Почти. И этого мужика вспомнил бы, если б увидел.
- Вот увидишь – и вспомнишь. И поговоришь.
- Да. Неизвестно, где найдешь, где потеряешь. Вдруг он со страху вспомнит, что как раз в тот день, в обед, в окошко глядел?
- Слушай, погода-то, а? Ехать никуда не хочется.
- Нет уж. Давай, я впереди, ты сзади.
