- А под каким предлогом?
- Ну, он никак не мог поверить, что Розочка его окончательно бросила. Ведь у них, кажется, все уже было решено. И, знаете, он все время ходил, ходил, ходил… Он странный, конечно. Вы себе даже не представляете!
- Ну отчего же, - усмехнулся Алексей.
- Очень странный. Но главное, что деньги у него есть, ведь так? Профессия есть, собственное дело.
- Да, конечно.
- Не понимаю, почему…
- Можно мы возьмем все-таки ее записи? Вдруг там есть какие-то черновики, наброски?
- Но мне бы хотелось…
- Мы все вернем.
- Вдруг она была права, моя девочка? И это можно опубликовать. Я не из-за денег, поймите, - застеснялась вдруг мать Розы.
- Разумеется.
- Вы извините, Светлана Антоновна, мы, возможно, еще разок побеспокоим вас. И насчет ключика от дачи. Сережа, при Марго были какие-нибудь ключи?
- Конечно. Ты думаешь, что один из них…
- Вот именно. Предъявим хозяевам, они сами разберутся. Светлана Антоновна, опознаете, свой ключ?
- Да, конечно, но Розочка сказала, что потеряла тот, что взяла у меня.
Алексей тяжело вздохнул:
- Извините еще раз.
- Ничего. Я понимаю.
- А где точно находится ваша дача?
- Надо ехать по Волоколамке, потом свернуть…
- Барышев, записывай.
- Ага.
После того, как Светлана Антоновна подробно объяснила, где находится дача, мужчины с ней распрощались, еще раз, извинившись за беспокойство. Надевая пальто в прихожей, Алексей спросил:
- А фильм «Титаник» она, интересно, сколько раз смотрела?
- Я не помню, - растерянно ответила Светлана Антоновна.
– Часто.
- Плакала, наверное?
- Да. Очень.
- Понятно. До свидания.
- Всего хорошего, - сдержанно ответила Светлана Антоновна.
На улице Барышев, который в квартире Тимофеевых почти все время молчал, хмуро спросил:
- Почему «Титаник»? При чем здесь «Титаник»?
- Да так. Я случайно сегодня заметил, что Суханов чем-то на Ди Каприо похож.
- Вот уж нет! Ди Каприо! Ха!
- Я тебе говорю. Ты представляешь себе характер этой девицы? Ничего плохого не хочу про нее сказать, но… Можно фанатеть громко, а можно тихо.
Отчего-то же она в него влюбилась? Я имею в виду, Суханова.
- Влюбилась, и все, - отрезал Серега.
- Что ты понимаешь в любви! – вздохнул Алексей, и замер у открытой машины, прищурившись на яркое мартовское солнце.
- Ты у нас много понимаешь!
- Красивый ты, Барышев, но глупый. И толку от тебя никакого. Женщинам, я имею в виду. Верные мужья – самый вредный для них тип.
- Врезать бы тебе…
- Друзей не бьют!
- Просто ты после этого не выживешь.
