То есть другую... Тюрьмы у меня нет, кабинета с решеткой тоже, но, я думаю, тебе это не помешает.
– А я думаю, что совершенно вас не понимаю, – сказал я, с удивлением осознав, что называю Хряпова на «вы».
К чему бы это?
– Сейчас поймешь, – сказал он и движением головы показал на выход.
Он провел меня в комнату, у дверей в которую стояли два бодигарда из его свиты. Охраняли они девушку, лицо которой показалось мне знакомым. Ее внешность портил синяк под правым глазом и нижняя губа, распухшая после сильного удара.
Волосы растрепаны, тушь размазана по лицу, пуговицы на грязной кофточке оторваны, и пленнице приходилось придерживать расходящиеся полы правой рукой – левая была прикована наручниками к стулу.
– Она? – спросил Хряпов.
– Она, – кивнул я.
Девушка не смотрела на меня, затравленно косилась в сторону."
"– Рита ее зовут, – сказал Хряпов. – Маргарита Евгеньевна Шевцова, так и запиши.
Кивком головы он показал на письменный стол, который отделял нас от пленницы. Я увидел на нем типографские бланки протокола допроса, авторучку, диктофон, карандаш, ластик.
Но больше всего меня заинтересовал паспорт – новенький, хрустящий, с фотографией преступницы. Действительно, Шевцова Маргарита Евгеньевна... Только вот паспорт этот вызывал серьезные сомнения, даже на пьяный глаз я определил в нем подделку. Рельефные выступы на страницах вроде бы прощупывались, но водяные знаки на просвет я не видел, и печати нечеткие, как будто с очищенного куриного яйца откатаны.
– Нам она уже все сказала, и тебе скажет, никуда не денется, – продолжал бывший вор.
– Тебе только в протокол все занести, росписи поставить, ну, чтобы официально все.
– Паспорт липовый, – сказал я.
– Да? – нахмурился Хряпов.
Он взял у меня документ, осмотрел, прощупал.
– Да, похоже на то... Как зовут тебя, мразь? – свирепо надвинулся он на девушку.
– Рита зовут... Все как по паспорту, – испуганно сжавшись, ответила да.
– Это не паспорт, это лажа.
– Паспорт фальшивый, – кивнула она. – А имя настоящее. И фамилия тоже.
.. Я настоящий паспорт потеряла, ну, на всякий случай новый себе сделала. Это уже не совсем подделка документов, если имя и фамилия настоящие. То есть паспорт поддельный, но как бы и настоящий, потому что фамилия настоящая. Ведь я же ничего не скрываю, не пытаюсь скрыться, значит, и криминала как бы нет, состава преступления то есть...
Слушая эту ахинею, я вдруг понял, что начинаю засыпать. И Хряпов, как мне показалось, это заметил.
– Заткнись! – осадил он киллера.
