Вероятность, что сердце заработает при таком низком давлении, – всего несколько процентов. Но оторвусь – и ее мозг начнет отмирать. Нужно делать одновременно.
И мне нужен кто-то, чтобы вставить иглу мне в вену! Кровь дракона может помочь, она усвоится у нее лучше, чем человеческая или кровь оборотня.
Но в тот момент, когда я отстранился от ее бледных губ, что-то сверкнуло. И я увидел… с изумлением увидел, что проклятая печать, которую я поставил на Тину, достигла ее сердца.
Мгновенно вокруг него образовалось серебристое облачко, начало растекаться по сосудам, по мере того как я продолжал сокращать сердце своей магией.
Медленно, неуклонно печать дракона будет менять Тину. Очень медленно – ведь сейчас в ней так мало того, что разносит эту силу, то есть крови. Как именно менять, я еще точно не знаю. Но будет.
А сейчас печать всего лишь запустила ее сердце.
Словно теперь давление, необходимое для его работы, создавала сила, заключенная в печати. Я уловил очень слабые, дрожащие, но сокращения.
В тот же миг она слабо задышала.
Я выдохнул и вслух прошептал: «Слава богу! Создатель, спасибо тебе!»
Признаюсь, я редко обращаюсь к Богу. Но сейчас был готов благодарить его снова и снова.
Знал, что битва еще не окончена. Пока в теле Тины почти нет крови, ее жизнь все еще висит на волоске. Но первый удар мы выдержали. Первая опасность прошла.
Я не оборачивался туда, где был Мордред. Судя по тому, что никто из моих спутников все еще не подошел ко мне, гад умудрялся сопротивляться, мой удар не сломал его целиком.
Краем глаза видел вспышки – в гроте шло сражение.
Мне некогда было разбираться. Для меня по-прежнему существовала только Тина.
Я не лег на соседний стол, как Мордред. Аккуратно лег рядом с Тиной, быстро проверил исправность системы переливания и ввел иглу себе в вену. Не знаю, что сделает с Тиной моя кровь. Знаю лишь, что она у нее усвоится и вылечит ее быстрее любой другой крови.
Ощутил, как моя жизнь потекла туда, куда я хотел ее отдать, – в обескровленное, почти сухое тело Тины.
И я был счастлив от этого."
"На мгновение закрыл веки. Должно сработать. Просто обязано. А перед глазами опять стояла картинка, как тот, другой мужчина, подобно мне, переливает кровь своей любимой, чтобы спасти ее от неминуемой смерти… Вот, значит, как было. Кольцо замкнулось окончательно. И то, что я потом говорил с живой Кариной, доказывало, что у них получилось.
Значит, должно получиться и у нас.
– А как же ты, Грегор? – услышал я вдруг голос Криппи.
