– Нимуэ всему научилась у тебя и заперла тебя под какой-то плитой, сковав твоим собственным заклятием вечного сна… Это известно. А Мордред? Его же Артур убил?
– Ну да, – медленно выплывая из воспоминаний, ответил Мерлин. – Так все и было. Но девочка не учла, что я все свои заклинания разрабатывал особым образом. Они могли подействовать на меня, но лишь на время. Ясное дело, я проснулся. Выспался, кстати, хорошо… Как сейчас помню – просыпаюсь, а у меня такое непривычное чувство, что хорошо отдохнул, бодрость в членах… Ах да, Мордред, о нем речь.
В общем, проснулся я, а в Британии такое творится! Драконы войну развязали друг с другом… Артур с его рыцарями ушли на Авалон и портал разрушили, мол, не создан этот мир для драконов. Это я все узнал от добрых людей, что просветили меня. В общем, нашел я одного только полумертвого мальчика Мордреда. Мне вообще-то его всегда жалко было. Все летают – а он не может. У всех сила – а у него лишь часть. Ну не сам же он себя зачал во грехе инцеста? Вот и жалел я его… Я прихожу – а он лежит на поле боя.
Никто, видите ли, к проклятому подойти не решался, никто ему не помог. Думали, умер, оставили на милость стервятников. В общем, пожалел я его. Взялся лечить да воспитывать. Мальчик выздоровел, стал со мной в холмах жить. Вроде как перевоспитался. Учился, в рот мне смотрел. Ну и, видимо, доверять начал… Вот и проговорился, что хочет батюшкиных потомков найти да за их счет превратить себя в настоящего дракона. Я ему устроил внушение, мол, нельзя так делать.
Он вроде бы согласился. А потом я случайно узнал, что он все же ищет чистых наследников. Ну я-то знал, что к чему и где они живут… И на всякий случай начал их прятать. В семнадцатом веке и вовсе отправил к вам в Россию – мальчишке никогда бы в голову не пришло сюда заглянуть, он все по холмам Уэллса рыскал да по Америке. Постепенно он успокоился. Стал жить как положено. Развлекался, хулиганил… Но так, по мелочи. Например, начал играть с магами, мною называться. Не знаю уж зачем. Меня это развлекало тоже.
Знаете, я это все до последнего времени воспринимал как шалость детскую… Да-а… – вздохнул он.
– Да какая детская шалость! – возмутилась Криппи и заерзала у меня на коленях своей мягкой маленькой попой. – Ему сколько веков уже? Тоже мне ребеночек нашелся!"
"– Ну, для меня вы все дети, сколько бы вам ни было, – ласково улыбнулся ей Мерлин.
Глава 40
– Из-за вашей доброты столько бед! – не унялась Криппи и снова поерзала у меня на коленях.
