В корзине, которую за моей спиной с улыбкой нес Хазет, уже и так не оставалось места, а Тазур с таким серьезным видом рассматривал отрезы ткани двух разных оттенков голубого, словно от этого зависело будущее целого королевства.
— Затем, что это острая необходимость. Давайте оба, — решительно кивнул барон, видимо, так и не определившись. — И еще вон ту, тонкую ткань. Она подойдет для белья?
— Конечно, ваша милость. Это лучший батист из всего, что есть на ярмарке. Если сумеете найти что-то выше качеством, отдам вам еще отрез любой ткани, — вздернув голову, гордо произнесла дородная женщина, торгующая тканями.
— Я и не сомневаюсь в качестве, — дружелюбно улыбнулся мой муж, успокаивая торговку, — просто, как видишь, миледи не желает участвовать в покупках, а я не очень разбираюсь, что для чего.
— О, — тут же расцвела улыбкой женщина, покоренная обаянием Тазура, — так вы скажите мне, что нужно, все подберем.
— Это будет замечательно. Так, — едва ли не закатав рукава, барон с лукавой улыбкой подмигнул мне, снова поворачиваясь к прилавку, — нам нужно еще на штук пять платьев, разного назначения, но все приятного цвета.
Ничего черного, серого и коричневого. В большинстве — для повседневных нарядов. На несколько норм белья. И рубашки. Нам очень, просто катастрофически требуются ночные рубашки. Штук двенадцать, не меньше.
— Для миледи? — уточнила женщина, туже затягивая пояс на красивом фартуке, словно готовилась самолично шить все, перечисленное мужем.
— Тазур, это неоправданные траты. Ты не можешь так поступать. Это никуда не годится, — пытаясь усмирить супруга, я ухватила его за локоть, привлекая внимание, но добилась только легкого поцелуя в висок."
"— Красавица моя, мы это уже обсуждали. Без рубашек нам не обойтись. У тебя мерзнут плечи, когда я встаю. Так что это даже не вопрос, — с улыбкой кивая на цвета, предлагаемые торговкой, отозвался супруг.
— Но не в таком же количестве!
— Ну а как же? — уже открыто потешаясь, отозвался супруг.
— Что нам делать, если они так быстро приходят в негодность?
От фырканья, которое не смог сдержать Хазет за моей спиной, захотелось пристукнуть мужа.
— Радуйтесь, миледи, и не мешайте барону, — подмигнула торговка, тоже улыбаясь во всю ширину рта, — любая женщина мечтает, чтобы у нее ночные рубашки приходили в негодность как можно чаще.
— Но на это никаких денег не хватит! — все еще пытаясь призвать Тазура к порядку, возразила я.