На ковре в парадном остались грязно-мокрые следы, но я предпочла сделать вид, что не заметила этого. Здешним коврам уже мало что могло повредить."
"— Принесите мне подогретого вина, Эванс! — велела я и отправилась в свою комнату переодеться.
Старшая горничная миссис Пейдж Томпсон принесла мне сухую одежду и помогла снять мокрую.
— Я хотела бы поговорить с вами, леди Карлайл! — судя по тону, с каким она это произнесла, ничего хорошего мне этот разговор не сулил.
— Вы выбрали для этого прекрасное время, миссис Томпсон, — сказала я, пытаясь натянуть на себя шелковую и ужасно холодную рубашку.
Но она не почувствовала иронии в моих словах.
— Я намерена уволиться, миледи! — заявила она, воинственно подбоченившись и вознамерившись стоять на своем, несмотря на мои уговоры. — При прежней хозяйке здесь всё было по-другому.
О, разумеется! Тогда в подчинении у миссис Томпсон находились не меньше десятка горничных, теперь же их осталось всего двое, да и тех наверняка придется уволить.
Я не была знакома с прежней леди Карлайл, но легко быть отличной хозяйкой большого поместья, когда у твоего мужа есть деньги, и все твои заботы сводятся лишь к тому, чтобы с утра раздать указания многочисленным слугам, а течение дня тыкать их носом в плохо начищенную дверную ручку или неровно подстриженный кустарник на аллее.
— Вполне вас понимаю и даже одобряю, Пейдж, — кивнула я и с удовлетворением заметила, как удивленно вытянулось ее лицо. — Когда вы хотите получить расчет? Если в ближайшие несколько дней, то я сама смогу дать вам его, а если позднее, то вам придется обратиться к мистеру Элмерзу.
Я набросила поверх платья теплую шаль и, наконец, перестала дрожать.
— С чего бы вдруг к мистеру Элмерзу, миледи? — осторожно спросила Томпсон.
— Ну, как же? — пояснила я. — Именно он будет опекуном Карлайлов, а значит, он и будет принимать решения. Или, возможно, его супруга, которую, кажется, в детстве вы качали на руках. Уж с ней-то вы точно поладите.
Я отправилась назад в гостиную, к жаркому камину и подогретому вину, а старшая горничная семенила следом.
— Значит ли это, миледи, что вы отказались от опекунства над нашими малютками? — запричитала она, когда мы стали спускаться по лестнице.
Я кивнула. Именно это и значит.
— Но как же так? Как такое возможно?
Я остановилась и обернулась к ней.
— А чему вы удивляетесь, Пейдж? По вашему мнению, я неспособна управлять поместьем. Должно быть, это именно так, и я признаю это и передаю право опеки более достойным людям.
