Сейчас они под стражей, пока мы выясняем, кто же им передал гарнитур, из которого получилось бы порядка трёх десятков артефактов.
— То есть там не все жемчужины были закляты?
— Нет. — качаю головой и тут дверь в кабинет внезапно распахивается, являя нам очень сердитую королеву со странным меховым шаром в руках.
Яр, узрев благоверную, сразу же вскакивает с кресла и устремляется к ней.
— Нэлли, что случилось?
— Ты мне обещал!!! — шипит она. И шар тоже подозрительно шипит. Что за бесовство?
Движимый желанием защитить эту порой несносную королевскую особу, я тоже поднимаюсь, присматриваямь к её ноше.
— Что обещал? — осторожно интересуется Яр.
— Вот, посмотри что с ним стало? — поднимает она это нечто, разворачивая к нам другой стороной и я понимаю, что это, кажется, животное.
— Леопольд? — ошарашенно вскидывает брови король.
Хм, а ведь действительно — это любимый кот королевы, носящий столь странную кличку, если всмотреться в морду с выпученными глазами. Только что с ним произошло?
— Он самый, дорогой мой супруг.
Сколько это будет продолжаться?
— Нэлли, милая моя, объясни толком что произошло? — отнимая бедную животинку у жены, просит Яр.
— Это всё твои дочери. — всхлипывает женщина и мой друг тут же отдаёт кота мне, а сам обнимает очень беременную супругу. — Вчера стакан в руках треснул. Позавчера каша замёрзла. Жанис и Клодия боятся ко мне подходить. Даже Тай обнимает с опаской после того, как эти шалуньи его ко мне прилепили. Ты обещал, что обуздаешь их силы. И что? Вместо этого даже ночью своими государственными делами занимаешься.
А у меня кот теперь заикой ста-а-анет.
Мда, не думал я, что беременность такое может творить с довольно рассудительной женщиной. Хотя, не представляю даже, как это носить в себе сразу двоих Сэйнаров, да ещё настолько одарённых. Почёсывая кота за ухом, возвращаюсь в кресло, чтобы не привлекать к себе внимание раздражённой королевы.
— Прости, — покаянно произносит виновник её состояния. — Я сегодня же доделаю амулет.
— Не прощу. Предлагаю пересмотреть наш уговор.
Больше никого тебе рожать не буду. Кроме этих… двоих разбойниц. От них уже никуда не денешься.
— Хорошо, больше никого не будешь, если сама не захочешь, — дипломатично соглашается Яр.
Нэлли шмыгает носом, и выдаёт уже не так сердито.
— Думаешь, самый хитрый да? Наверное, уже составил коварный план, как убедишь меня через пару лет, что троих нам мало.
— Ну-у-у… — иронично тянет мой друг.
— Вот-вот. И не надейся. Ни за что!
— Как скажешь, любимая.
