Мда, такого я предположить точно не мог. И тем не менее, мои заклинания взломал именно этот бродяжка, ради корзины с выпечкой. Подумать только! Отпустить бы… вместе с булками. Отбирать еду у ребёнка последнее дело. Но меня гложет любопытство. Как он это сделал? Хочу разобраться. Если и существует что-то, чему я не способен сопротивляться, то это жажда познаний.
И тут этот заяц поднимает голову. Из под дрожащих пушистых ресниц на меня устремляется жалобный и невинный взгляд совершенно невозможных лазурных, как морские глубины глаз.
В сочетании с торчащей изо рта булкой, эффект непередаваемый. Даже дыхание немного спирает от неожиданности и, чего уж там, жалости с толикой умиления. Только теперь до меня доходит, что я, кажется, поймал девчонку. Слишком уж красивое личико угадывается под слоем грязи.
Воротник замызганной и драной рубашки в моём кулаке начинает угрожающе трещать, глаза бродяжки становятся ещё больше, то ли от испуга, то ли от предвкушения побега, и я, недолго думая, запихиваю её обратно в карету и усаживаю на сидение.
Ребёнок, тут же испуганным зверьком забивается в дальний угол, по прежнему прижимая к себе корзину и с паникой в глазах следит, как я занимаю место напротив, отрезя все пути к бегству.
— Ешь синнабон. Отбирать не буду. А потом поговорим. — велю, как можно спокойней, чтобы не пугать ещё больше.
Она перехватывает корзину, потом, подумав, с огромным сожалением и страданием на лице ставит её на сидение рядом. Вынимает булку изо рта, и принимается есть. Уже не так жадно, но зрелище всё равно душераздирающее.
Сколько этот ребёнок не ел? Сутки, больше? Пока девчонка рассправляется со своей добычей, бросая на меня подозрительные взгляды, я рассматриваю её саму. Миниатюрная, лет семи-восьми на вид, тощая, бледная и грязная. Светлые волосы криво и коротко обрезанные, короткие немного ниже колен штаны, когда-то белая, а сейчас непонятного цвета рубашка, всё в этом ребёнке намекает на его беспризорность.
В дверцу кареты деликатно стучат.
— Ваша светлость, я выполнил ваш приказ.
Можем ехать? — отчитывается Луркэс, как только я выглядываю наружу.
— Нет. Сходи сначала в пекарню и купи ещё одну корзину с булочками. — велю я кучеру. Кори расстроится, оставшись без любимого лакомства.
А мне стоит решить, что делать с воришкой. Украсть еду не такое уж и преступление. Но с такими способностями на улице она вряд ли пойдёт правильной дорогой. Если не сама, то заставят другие. Отпускать её мне сейчас однозначно не хочется.
