Спросить, что за предположения, я не успеваю, потому что дверь в архив открывается и на пороге появляется тот самый Трэй. Окинув помещение внимательным взглядом, он направляется к столу дежурного архивариуса.
— Пойдём, Скар. Или ты ещё полюбуешься на эти цацки?
— Толку здесь сидеть? Пойду проверю, может герцог объявился, да попрошу доступ, — поднимаюсь я из-за стола и аккуратно распределяю вещдоки по коробочкам.
— Что? Да неужели сама к нему обратишься? — насмешничает напарник и я поневоле ощущаю себя… слегка виноватой.
Как-то нехорошо получилось. От лорда бегаю я, а отдуваться приходится Тоде. И вряд ли Гиерно пышет радостью, в очередной раз слушая, что меня нет. Неудивительно, что Рыжик уже раздражается. Я бы на его месте уже давно кое-кому уши накрутила.
— Извини, — прошу у друга, надеясь, что он поймёт о чём я.
— Да ладно, чего уж там. Понимаю, что ты только частично из вредности это делаешь. Не хочешь рассказать, что за кошка между вами пробежала? — бросает на меня вопросительный взгляд напарник, направляясь к стеллажам.
— Может быть и расскажу. Как-нибудь. Я уже совсем запуталась.
— Бывает, — хмыкает друг.
А мой взгляд почему-то цепляется за фигуру Трэя, застывшую возле стола тётушки Золин, как мы называем нашего главного архивариуса. Эта старушка, с виду божий одуванчик, лет пятьдесят прослужила ведущим следователем в нашем отделе, пока не перевелась в силу возраста в архив. Но и сейчас её острый ум порой бывает незаменим, когда нужно с кем-то посоветоваться и обсудить сложное дело.
Будучи стажёркой, я очень много времени провела здесь, общаясь с пожилой коллегой, перенимая опыт. Интересная женщина. И дотошная. Вот и сейчас, проверив наличие допускного амулета, она с непроницаемым видом кладёт перед следователем формуляр для отчётности, требуя записать с какой целью он пожаловал и какое дело собирается поднимать. Но моё внимание привлекает не этот привычный всем рабочий момент, практикуемый вредной, как многие считают, старушкой, а несколько странноватая реакция самого Трэя.
Взгляд мужчины на какой-то миг заметался удивлённо, да и весь вид показался мне слегка неуверенным. Я его конечно не очень хорошо знаю, но что-то царапает меня внутри, словно картинка не складывается в привычную. Может дело в его недавнем ранении? Слишком рано от палочки отказался?
— Мы пока закончили, уважаемая Золин, — отчитываюсь я, и прежде чем выйти вслед за напарником в коридор, здороваюсь: — Здавствуй, Трэй.
