Таким изящным образом приподняв свою самооценку за счет «увеченного калеки», великодушный Тур отпускает нас в свободное плавание и я, наконец, выдыхаю с облегчением. Стоит нам скрыться из виду кочевников, стоит только затихнуть топоту копыт, как я шиплю, возмущенно размахивая руками:
— Предатель проклятый… Что это было?
— Хочешь пятой женой к великому Туру? Еще не поздно вернуться! — язвит левиец, ничуть не тушуясь.
— При чем здесь Тур? Зачем ты меня поцеловал? Зачем обнимал всю ночь?
— Так надо было.
Что?! От возмущения лишаюсь дара речи, просто разеваю рот на ходу, как рыба.
Хочется припечатать его жестким и тяжелым, как чугун, словом, но в голову лезут одни глупости, вроде: «на чужой каравай клювом не щелкай!» В итоге, просто сердито требую:
— Никогда в жизни меня больше не трогай!
— Если бы я хотел, то давно взял бы тебя силой! Шансов было предостаточно! Не тебе во мне сомневаться, дева! — заявляет Сандер, обличающе наведя на меня указательный палец и сверля меня единственным глазом.
— Доверие тяжело заслужить и очень легко потерять! — парирую я.
— Доверие? Сначала врать перестань, а потом говори о доверии! — бычится Сандер, сердито массируя песок ногами.
— Я не вру!
— Врешь! Это я уже давно понял по странным вопросам черных стражей… Я там много чего понял, в полицейских застенках… Ты просто… Лживая… Скрытная… Иноми… Неважно."
"Замолкаю. Ну что тут скажешь? Да, я вру. Да, выдаю себя за ту, кем не являюсь. Но признаться левийцу в том, что я «гнусная иномирянка» страшно, слишком страшно.
Так и идем молча. Через пару километров пути Сандер бросает в мою сторону:
— Только не придумывай себе, что я не смог перед тобой устоять! Не такая уж ты неотразимая, дева! Я тебя поцеловал, чтобы защитить от шуйцев, а обнимал, чтобы тебя не умыкнули во сне. Как видишь, сработало.
— Грубил и унижал тоже, чтобы от шуйцев защитить?
— Все шуйцы грубы со своими женщинами. Веди я себя иначе, они бы нас раскусили.
— Почему не предупредил заранее? Почему не дал шанс подыграть?
— Не успел.
У них слух звериный. Твой шепот им — что крик петуха в тихую ночь. Одно неверное слово — и нас бы разоблачили.
— Нет! Почему ты меня раньше не предупредил? Как только перенеслись в пустыню?
— Как ты себе это представляешь? «Прости, сира, но если мы повстречаем шуйцев, я отведаю вкус твоих губ»? Ты бы устроила… Ты бы расшумелась. Задержала бы нас… А если бы мы не встретили щуйцев вообще?
Черт! Гладко стелет. Даже не подкопаешься.
