Конечно, она может принять мои действия, как романтический поступок. Но так же она может расценить их, как вмешательство в ее жизнь, попытку манипулировать ею."
"Увы, но риск сейчас был совершенно не оправдан. Так что, как только я удостоверюсь в том, что с ней все хорошо, стоит быстрее отправиться домой.
— Она в ванной комнате, все хор-рошо.
— Что-то необычное почувствовала? Может, слышала что-то?
— Нет, ничего. Ее мужья сидят в гостиной на пер-рвом этаже, а гор-рничная только что принесла ей завтр-рак.
Все в порядке, — явно видя мое беспокойство, протянула Молния, не упуская ничего.
— Хорошо. Думаю, нам здесь больше делать нечего, — поджав губы, тихо пробормотал я.
— Может, дождемся, когда Аделаида отправится к себе в офис? — искоса поглядывая на меня, протянула рысь.
— Это ни к чему. Я могу поставить ее в неудобное положение.
— Как знаешь, — фыркнула вредина и запрыгнула в карету. — И почему человеческие самцы так глупы? Ты же не просто для красоты здесь ночь пр-ровел! Так дай своей самке увидеть, как ты о ней заботишься.
К чему эта ложная скр-ромность?
— Это не скромность, это такт, — фыркнул я и залез следом в карету. — Домой, — кивнул я застывшему кучеру.
— Хочешь сказать, что этот «такт» поможет тебе в личной жизни?
Качнув головой, я криво усмехнулся, решив оставить реплику Молнии без ответа. Да и что ответить? Что я просто боюсь, что Аделаида решит отказать мне, видя мою настойчивость? М-да, великий лорд Диабло, за которым первые леди столицы увиваются, боится отказа.
Просто смешно. Впрочем, реально откажи мне Аделаида, не уверен, что смог бы просто так ее оставить. Придумал бы способ, но точно оставался бы рядом, давая возможность привыкнуть к себе.
— Джон! — ни с того, ни с сего громко рыкнула Молния, причем не только в голос, но и ментально, заставляя меня вздрогнуть всем телом.
— Что случилось? — напряженно уточнил я, решив оставить свои возмущения при себе.
— Мне не спокойно…
— Чего? — рявкнув в ответ, реально думая о том, не ослышался ли я. — Молния…
— Ее мужья.
— Что мужья? — нахмурившись, пробормотал я.
И ведь я так и не рассказал Молнии о том, что никакие они ей не мужья. Не хотелось поднимать эту тему на улице, не желая, чтобы кто-то посторонний услышал. А в том, что Молния никому ничего не скажет, я не сомневался. Мы связаны.
— Просто давай подождем.
