И глаза – когда Ильяс решился на операцию оказалось, что много времени упущено, но в итоге ему повезло.
Конечно, оплачивал все Тамерлан, но Илья вернул долги.
Пости все долги вернул.
Что я чувствую сейчас, зная, что это человек пытался разрушить мою жизнь? Что он был виноват, пусть не во всем, но во многом? Что он действовал заодно с Алиевыми, родственниками первой жены Тамерлана?
Не знаю. Время прошло.
Сейчас мы с Тамерланом счастливы, как могут быть счастливы родители, ребенок которых сильно болеет, конечно…
Но мы вместе.
Это уже никому не под силу изменить. Если только Господу Богу. Но я молюсь каждый день, чтобы он простил, и дал мне возможность быть с любимым. До конца вселенной.
Мне просто хочется верить, что Ильяс осознал. Понял, что натворил. Что он изменился не только внешне, превратившись из смазливого мажора в серьезного мужчину.
- Там, можно мне поговорить с твоей… с твоей женой?
Он говорит тихо, голос у него тоже изменился, стал грубее.
Тамерлан смотрит на меня.
- Илик, может утром? Мы… Мы просто спустились немного подкрепиться, и… надо спать. Зоя сейчас устает быстро.
Я знаю, он говорит это потому, что опасается, не хочет, чтобы Ильяс хоть одним словом меня расстроил.
Но я сильнее чем думает мой любимый муж!
- Там, я поговорю сейчас.
- Хм… хорошо. Я… сделать тебе кофе, Ильяс?
- Дай нам пять минут, потом я приготовлю бутерброды, а кофе по ночам пить не надо. Иди лучше, посмотри, комната для гостей у нас в нормальном состоянии? Если нужно белье перестелить – я сделаю.
- Все там нормально. Айна следит. – он качает головой, - Понял все. Оставляю вас. Не долго, брат? Мне моя женщина нужна в моей постели.
Тамерлан улыбается, обнимая меня и чмокая в щечку.
Ильяс не отвечает улыбкой, хотя и провожает жадным взглядом каждое действие брата. Он ведь… он ведь не ревнует до сих пор? Нет! Этого быть не может!
Я знаю, что у него у самого была печальная история. С той самой девочкой, которая тогда везла его инвалидную коляску.
Надежда – так ее звали. Она забеременела от Илика, а потом уехала. Тамерлан не рассказывал, что было потом, а я не спрашивала – просто у нас были свои проблемы, и мне на самом деле было не до жизни Ильяса.
Тамерлан выходит.
Мы остаемся. Стоим молча. Напряжение растет. Скоро воздух в нашей большой, уютной светлой кухне можно будет резать ножом.
- Светлячок…
У меня сердце сжимается. Воспоминания накатывают…
Мы в свадебном салоне.
