— Вот только с моим геномом это не работает.
Вскинул дробовик и выстрелил вверх. В переплетение сухих веток, среди которых пряталась мокрица. Здоровая, уже с ладошку размером — хотя, может, это она в полёте так распушилась. Тоже мне мокрица-летяга, подвид, блин, прыгунов… Заряд дроби разнёс эту хрень как воздушный шарик. Мокрица просто лопнула, залепив какими-то соплями ствол дерева и ветки. Я только и успел, что шаг назад сделать, чтобы и меня не забрызгало. Заглянул за дерево, и для надёжности выстрелил и в мумию, брошенную хозяином.
Чтобы другие не подобрали.
Нафиг, надо ускоряться и завязывать. Как бы ни радовали растущие цифры на биомониторе, время поджимало. Выбрался из леса и побежал к башне. Замедлился перед входом и на крылечко уже поднимался крадучись. Скорее по привычке. Поверить, что меня ещё не ждут, было сложно.
Двери были прикрыты, но не заперты. Замок сломан, царапины свежие, на полу щепки. Кома очень в себе был уверен, с ноги зашёл. Шакрас тоже так предлагал: с шумом, драйвом и криками в духе: морды в пол, работает госгнилоконтроль!
Но общий фон ощущений, а я снова начал чувствовать чьё-то воздействие, рекомендовал не торопиться.
Вернулась головная боль. Я чувствовал атаку, хоть она и была направлена не на меня. Били будто бы по области, и эта область полностью заполнила здание. От пола и до потолка. Рассеивалось уже только где-то на первом уровне башни. Тьма внутри аж звенела. Казалось, ткни стену иголкой, так весь дом разлетится, как тот мокричный воздушный шарик.
Я тихонько толкнул одну створку, сдвинув её на пару сантиметров, и заглянул в щёлочку. Кивнул увиденному и начал пятиться назад.
— Так, мне надо это осознать, — прошептал я, пытаясь проморгаться.
Слишком много новых образов, которые я не встречал в реальной жизни. В кино, скорее всего, видел и в играх наверняка. Но мозг пока не хотел эти образы обрабатывать. Я уже слез с крыльца, ощутив прохладный ночной воздух. Буквально на десять сантиметров вышел из зоны тёмной ауры, а прямо свежесть в воздухе ощутил.
Сделал несколько глубоких, жадных вдохов, почесал затылок и достал из рюкзака гранаты. Переложил поближе, пожал плечами и пошёл обратно.
Обратно к машинам пойду попозже, а пока обратно к двери. Переступил невидимую границу воздействия и словно в парилку попал, где весь кислород выжгли. Жара не чувствовал, а вот воздух будто спёрли. Ещё чуть-чуть подтолкнул створку, раскрыв её уже сантиметров на пятнадцать.
