Реально, этот мудак так перепугался нас с Градовым, что не оставил ни одной камеры.
Хотя за предыдущее время, хоть клуб и якобы закрытый и ни хрена не записывает, записи все-таки есть!
Вылетаю на воздух. Кулаки сами по себе сжимаются и разжимаются.
По дороге успел за шкирку поднять и перетрусить почти каждого в зале.
Сквозь такую толпу пробиться непросто. Скрыться в ней вообще не хрен делать. Но в этой ситуации я каждую зубочистку сумел рассмотретьи пересчитать.
Если бы она была здесь, то не спряталась бы. Не скрылась.
Грудь вздымается как бешенная.
Как тогда, когда с Давидом на спор почти десять минут под водой просидели без воздуха. Или даже тогда так не пытался ловить воздух.
- Я тебя найду!
Шиплю в похолодевший до состояния инея воздух.
Найду, девочка. Даже не сомневайся.
Мой любимый гелик, в который раз за разом опускаю до стали сжатый кулак, вот точно не сомневается.
От него остается груда металлолома за секунды, пока снова, навязчивой мухой, не приближается Градов.
- Очень тебя понимаю, - цедит с ухмылкой, которую я снова жажду размазать по лицу.
– Так бывает. Раз и навсегда. Я помогу тебе. Реально. Брат.
Вот уж ни хрена.
Ни хрена ты не понимаешь.
Да и какие мы, на хрен, братья. Если совсем чужие?
А как иначе?"
"Росли не вместе. Ты сам ушел из семьи. И хрен бы я из-за юбки расстрелял десять человек из самых уважаемых семей.
Ни хрена ты не понимаешь. Я и сам ни хрена не пойму.
Списал бы на адреналин после боя.
Но мог трахнуть любую. Любую взять.
Так нет.
Именно эта пробрала.
До печенок. Пеленой накрыла. Сердце даже дергается так дико, как будто сто километро пробежал.
- Найдем. Прочешем все. Человек- не иголка в стоге сена, - что-то бубнит под нос, а я думаю про иголки.
Про иголки или скорее, даже жала. Которыми впилась в меня. С самого начала. С самого первого взгдяда, который уже так и не сумел отвести.
И про ногти, что впивались мне в плечи. Как судорожно дергалась под моими руками. Под каждым прикосновением.
Я землю переверну, но найду.
И даже еще не понимаю.
Убить или трахнуть.
Или то и другое вместе? Одновременно?
Засадить по самые яйца и сдавить шею. Наблюдая. Пока будет биться в конвульсиях оргазма?
У тебя две дороги, девочка. И обе - в моих руках!
.
– Роман…
Ревинский тенью подходит к так и не отставшему от меня Градову.
– Там… В зале…
– Да не мямли! – взрывается тот.
Отряхивая плечо от его руки.
Понимаю.
Меня тоже жутко бесит это подобие мужиков.
Четко и ясно надо высказываться.
